– Ну, – бормочет Романов. – Теперь хоть не скучно.
Блять.
Подавив смешок, вгоняю в снег лопату, глядя на окно при входе, за которым загорается свет.
Глава 12
Наши дни
Оля
– Ты поздоровалась с людьми?
От запахов еды меня выворачивает.
Мать активно шинкует начинку для салата, оставляет нож и перемещается к плите, на которой закипает кастрюля. Снимает крышку и несётся к холодильнику, из которого достает майонез.
– Я только что зашла, – говорю, впервые в жизни не спеша ей помогать.
Мои мозги соображают так туго, что я не знаю, куда себя применить.
Стоя в дверях кухни, пытаюсь собраться с мыслями и отсеять тот факт, что там на улице Чернышов, и он здесь явно надолго. Во-первых, потому что он пришел, и просто так его никто, кроме меня, не отпустит, во-вторых, если бы он этого не хотел, то не пришел бы.
– Спасибо, что зашла! – с претензией говорит мама, возвращаясь к салату. – Лучше поздно, чем никогда. Помоги завернуть лаваш, я с шести утра, как заведенная тут ношусь. Могла бы предупредить, что не можешь помочь.
Эта отповедь слегка выводит из себя, но мне слишком дерьмово, чтобы обороняться, да и вообще, я слишком хорошая дочь, чтобы с ней спорить или обороняться, но именно сегодня желание сделать это зашкаливающее.
– Где Миша? – игнорирую шпильки в свой адрес, прислушиваясь к дому.
Тут у нас родственники, и их очень много, а я совершенно не готова изображать радушную хозяйку.
Я хочу увидеть своего ребёнка!
– Где-то в доме, – отвечает она. – Куда он денется? Руслан привез его полчаса назад.
Он мог бы и почаще приезжать, но ты же как наседка над мальчиком вьешься.
– Это плохо? – изумляюсь.
– Лучше займись своей жизнью, – отчитывает. – Если бы занималась ею, и муж был бы при тебе, а не гостем раз в полгода.
В голову ударяет кровь, и я сдерживаю себя изо всех сил. Я знаю, что в этом доме моему бывшему мужу рады больше, чем мне. Это я в семье урод. Чтобы не сделала, я всегда неправа и нихрена в собственной жизни не понимаю.
Не понимаю того, что делать, когда в спортивной сумке собственного мужа нахожу ленту гребаных презервативов, которыми мы с института не пользовались!
Я сгорала заживо, боясь бросить ему эти презервативы в лицо. Боялась так, что не могла встать с кровати, часами пялясь в одну точку!
Именно сегодня эти воспоминания ударяют по мне как кувалда, вышибая слезы из глаз.
Развернувшись, быстро иду по коридору, обходя по дуге комнату, набитую родственниками.
