Хочу ее, как пацан. Пацанство настолько малоадекватное, что не пугают даже подозрительные взгляды ее родителей. Ни разу в жизни не позволял себе вольности оттрахать их дочь прямо в доме, но все меняется, и это не только меня касается.
– Как у вас дела?
Она молчит всего секунду, но это время молотком долбит нутро.
Я здесь. Я с тобой, хватит сопротивляться. Я не уйду, не отступлю. Не в этот раз.
– У нас дождь… – отвечает наконец-то.
Она знает, что я не в городе. Предупредил, когда вез их домой.
– Это не мои полномочия, – предупреждаю.
– Угу…
– Вернусь завтра ночью, – говорю зачем-то.
Забытые, твою мать, потребности.
– Узнал что-нибудь интересное? – спрашивает она.
– Дохера, – торможу у спуска в метро. – Пора переходить на солнечные батареи.
– Будет чем заняться в ближайшие десять лет.
– Вряд ли я буду в кресле, когда дойдет до дела.
– И где ты будешь? – бормочет Оля.
Осматриваю потоки движения и энергии вокруг себя. Людей, машины, прущую отовсюду рекламу.
– Не знаю, – отвечаю максимально честно.
– У тебя мечты закончились? – интересуется она.
– Нет, – хмыкаю. – Есть одна. Рассказать?
– Подожди, я лучше присяду, – сообщает расслабленно.
– Хочу, чтобы ты была сверху. Сверху ты смотришься охеренно.
Член обдает кровью в ответ на ее тихое сопение. Блять, Оля, поиграй со мной. Как ты умеешь.
– Хм… – тянет.
Я весь в предвкушении.
– По рукам, – говорит тихо.
Мечтая поправить ширинку, кладу руку в карман брюк. Развивать с ней такие темы, как кипятка налить в трусы.
– Это папа? – слышу голос Мишани где-то рядом. – Пап? – через секунду его голос в трубке. – Я уже иду спать. У меня новая подушка.
– Что тебе привезти? – спрашиваю сына.
– Из Москвы?
– Угу…
– Человека-паука.
Разумеется.
– Лады, – отвечаю ему.
– Спокойной ночи…
– И тебе.
Слышу, как по полу барабанят его ноги.
– Мне нужно его уложить… – голос сына сменяется голосом его матери.
– Хорошо, – отзываюсь, – что привезти тебе?
Она молчит, напоминая о том, что у меня все еще птичьи права.
Пусть так, но я упрямый, мы оба знаем. Как и то, что кончать со мной ей тоже не в напряг. Это как раз та степень гребаного доверия, которую она так упорно отрицает.
– Мне ничего не нужно.
– Смени пластинку, любимая, – прошу, прежде чем положить трубку.
Сунув телефон в карман, спускаюсь в метро.
Глава 47
Наши дни.Руслан
Хронический недосып этой недели к пятнице снижает работоспособность, и я стараюсь поддержать ее четвертой по счету чашкой кофе.
