– Мы с Машей идем на одно мероприятие.
– Какое? – упрямо продвигаюсь вперед.
– Какое-то… – Оля пожимает плечом. – Я буду молочный коктейль, – убирает в сторону меню.
Потягивает белую массу через трубочку, пока я приканчиваю свой стейк.
Несмотря на то, что я слил кучу рабочего времени, мне все еще не хочется торопиться.
– Я могу вызвать тебе Борю, – говорю, надевая в гардеробе пальто.
– Я зайду в универмаг, – отказывается она.
Я не могу пойти с ней. Через полчаса у меня комитет.
Киваю, следуя за ней.
На выходе пересекаемся с одним знакомым бизнесменом, которого сопровождает Алиса.
Мысленно матерюсь, замечая, как глаза моей бывшей любовницы перескакивают с меня на Олю. Я не могу оценить ее реакцию, потому что нахожусь за ее спиной, но собственным взглядом даю Алисе понять, что теплых приветствий у нас не будет.
Вздернув подбородок, она отворачивается.
– Добрый день, – отвечаю на приветствие ее спутника.
Глава 41
Наши дни. Руслан
Я понимаю, что все изменилось, как только вижу лицо Оли в сером уличном дневном свете.
Развернувшись ко мне, она надевает перчатки, полностью сконцентрировавшись на этом занятии, но мне не нужно обращаться к психологу, чтобы расшифровать суть ее отрывистых движений и слегка поджатых губ. Я и сам в состоянии это сделать.
Гребаное минное поле вокруг нас нихрена не становится безопаснее.
Десять минут назад она принимала мои подкаты, выкручивая кишки улыбками, а теперь поднимает на меня глаза, в которых сероводород смешали с порохом, и к этому коктейлю осталось поднести спичку.
Обхватываю пальцами ее локоть и отвожу к древнему дубу, под которым разместили скамейку.
Оля смотрит в сторону, блуждая глазами по парку и окрестностям.
Я не должен оправдываться перед ней. Не должен, твою мать. Это она от меня ушла. Три года я пытался наладить хоть какой-то контакт между нами. Не всегда. Иногда я срывался, уставая слушать о том, какое я дерьмо, потому что не нахожу времени на собственного сына, но я не знал, что мне с ним делать.
Ему было два года, а мой опыт общения с детьми начинался и заканчивался на нем же.
А его мать…
Проще было вообще ее не видеть, чем видеть и барахтаться в желании иметь то, что не понимаешь, как взять.
Я выбрал первое.
Мы были на грани. Оба. Теперь это ясно, как день.
Глядя на Олю сейчас, спрашиваю:
– У нас возникла проблема?
– Нет никаких проблем, – поправляет сумку на плече, избегая смотреть мне в глаза.
Я так не думаю.
