И в глазах все время бесенята прыгают, – с широкой улыбкой поведал он.
– Похоже, ты, друже, втрескался по уши, – тихо рассмеялся Елисей. – Ну и слава богу. Глядишь, я еще маленьких телков кулачному бою поучу.
– А в школу их свою возьмешь? – вдруг спросил Изя, глядя ему в глаза.
– Умеешь ты, Изя, удивить, – растерялся Елисей. – Ты хоть представляешь, что такое служба пластунов? Помнишь, я тебе про Ермила рассказывал?
– Это, который тебя учил? – осторожно уточнил гигант.
– Угу.
– Да уж. Забудешь такое, – вздохнул Изя, зябко передернувшись.
– Неужто хочешь своим детям судьбы такой? – прямо спросил Елисей.
– Но ведь казачьих сыновей ты учишь, – не сдавался ювелир."
"– Учу, – кивнул парень. – Но ты забыл, что казачата те все от роду к службе привычны. Они себе иной судьбы и не видят.
– Выходит, не станешь учить? – прямо спросил гигант.
– Ты мне сначала скажи, для чего тебе это? – потребовал Елисей, начиная кое-что понимать.
– А то ты не понял, – насупился ювелир. – Не хочу, чтобы их всякие разные унижали да били ни за что.
Потому и прошу.
– Вот теперь я тебя понял, – спокойно кивнул Елисей. – Так бы сразу и сказал, что хочешь, чтобы они умели за себя постоять.
– Ну да, а чего еще-то? – удивился гигант.
– Ох, Изя, ты и вправду телок бестолковый, правильно дедушка говорит, – вздохнул Елисей. – Значит, слушай сюда. Время придет, и детей твоих я в школу на свой кошт возьму. Но учить их по-другому стану. Много из того, что я казачатам даю, им просто не нужно будет.
А вот стрелять, шашкой рубить, верхом скакать да на кулачках драться – научу.
– А шашкой зачем? – окончательно запутавшись, спросил Изя.
– А чтобы они знали, как от той самой шашки защититься можно, – рассмеявшись, ответил парень. – Вот уж точно, мастер ты, каких поискать. А в военном деле ни уха, ни рыла не смыслишь.
– Ну не интересно оно мне, – смущенно прогудел здоровяк, разведя руками.
– И ладно. Для драки у тебя я есть, – усмехнулся Елисей, снова хлопнув его по мокрому от пота плечу.
– Слушай, а тебе самому пенять не станут, что ты с жидами дела ведешь? Ты ж теперь не сам по себе, а целый директор, да еще и дворянин, – вдруг прямо спросил Изя.
– Пусть попробуют, – разом став жестким на грани жестокости, отрезал парень. – Я друзей на чужое благоволение не размениваю. Мне то дворянство, как зайцу триппер. Могу и отказаться.
* * *Записку в ювелирную лавку принес неприметный мужчина, более всего смахивавший на мелкого чиновника.
