Не очень приятный для самого парня, но от самого себя правды не скроешь. У сирот нет родственников, перед которыми ему придется держать ответ, случись ученику погибнуть в какой-нибудь стычке, как это уже однажды было. Поймав себя на такой мысли, Елисей почувствовал, как кровь начала приливать к лицу. Стало стыдно, но поделать он ничего не мог. Правда есть правда. Смотреть в глаза вдовам, потерявшим еще и сыновей, было слишком тяжко.
От горьких раздумий его отвлекло появление на улице пролетки коменданта. Остановив транспорт рядом с парнем, комендант коротко поздоровался и не терпящим возражения тоном приказал:
– Садись, дело есть.
Елисей без всяких разговоров запрыгнул на сиденье рядом с ним и, поправив папаху, тихо спросил:
– Что случилось, Алексей Захарович?
– Про фальшивки на базаре слух прошел. Народ теперь каждую монету на зуб пробует и рассматривать пытается. Ты кому про это дело говорил?
– Только управляющему князя. Котэ Георгиевичу. Но я его сразу предупредил, чтобы молчал. Он обещал. Сами понимаете, такому человеку я не сообщить не мог.
– Это понятно, – мрачно вздохнул комендант. – А больше никому?
– Нет. Я ж понимаю, чем дело может кончиться.
– Ты не говорил, я тоже молчал. Тогда откуда паника такая?
– А может, обжегся кто, вот и пошел слух. Сами знаете, по базару слухи разносятся быстрее, чем по монастырю или борделю, – рискнул пошутить парень.
Фыркнув, штабс-капитан подогнал пролетку к комендатуре и, выскочив, поспешил к себе в кабинет, жестом велев Елисею следовать за собой.
Приказав дежурному сделать чаю, он стремительно вошел в кабинет и, небрежно забросив фуражку на вешалку, с силой грохнул кулаком по столу.
– Да чтоб их всех черти взяли! – выругался он, успокаиваясь. – Вот ведь не было печали, так теперь еще и это. Ну скажи, что теперь делать? Базар уже гудит весь. Того и гляди, весь торг закроется. И что тогда делать станем?
– А может, посоветовать им пока на ассигнации перейти? – задумчиво проворчал Елисей. – Заодно, глядишь, и привыкнут бумажками пользоваться.
– Наши-то, может, и привыкнут, а горцы? – хмуро вздохнул комендант.
– А это им самим решать, – пожал парень плечами. – Заодно подскажем, что все фальшивое серебро с той стороны хребта идет. Не хотят убытки терпеть, пусть сами таких ловкачей примечают и нам сдают.
– А если они слух пустят, что это мы фальшивые деньги в оборот пускаем, чтобы настоящее серебро у них выманить? – тут же нашелся комендант.
– И кто в такое поверит? – фыркнул парень.
