Её прохладные руки касаются задней части моей шеи, когда избавляюсь от ужина. Она не отходит в отвращение и даже не вздрагивает. Когда я закончил, она вытаскивает мой носовой платок и вытирает пот с моего лица.
— Я скоро вернусь.
Ребекка исчезает, оставляя меня наедине со своими мыслями. Я делаю огромные глотки воздуха, и беру себя в руки. Неважно, насколько сильно я стараюсь, я не могу блокировать болезненные воспоминания, которые наводнили мою голову. Прошло всего несколько минут с тех пор, как Ребекка ушла, но ощущается, как будто вечность прошла.
Когда она возвращается, она держит в руке ключи от машины. Я немного удивлен, увидев, что она держит их. Она, наверно, спускалась к парковщику.
— Ты готов ехать домой? — спрашивает она, глядя на меня.
— Да, но как же папарацци?
— Тебе повезло, прямо сейчас они делают фотографии детей, которые воспользовались твоими пожертвованиями. Мы ускользнём через заднюю дверь, — говорит она с натянутой улыбкой.
— Спасибо, Ребекка.
— Всегда, пожалуйста, — говорит она, вздыхая.
****"
"Я просыпаюсь, не оттого что моя голова взрывается, а скорее всего от ощущения того, что что-то взрывается внутри моего черепа. Комната вокруг меня темная, но знакомая. Я шарю в темноте и нащупываю выключатель на лампе рядом со собой. Это моя комната. Я узнаю стены в тосканском стиле (прим. пер. стены украшаются венецианской штукатуркой и искусственным камнем. Фрески и росписи также являются общими для тосканского стиля. Тканые гобелены на стенах и другие виды искусства также могут быть использованы для украшения стен), когда свет заполняет комнату.
Моё тело горит. У меня, должно быть, лихорадка. Я смотрю вниз и обнаруживаю, что все ещё одет в чёрный смокинг. Что, бл*дь, произошло?
— Как ты себя чувствуешь, дорогой?
Мои глаза фокусируются на темном силуэте, сидящего на краю кровати. Мое зрение все ещё слишком размыто, чтобы разобрать знакомый голос.
— Ребекка?
— Нет, Элисон.
*бать. Что она здесь делает? Я стону, когда мой желудок урчит, как будто сердится от злоупотреблений, которые он пережил.
— Где Ребекка? Она была со мной на мероприятии.
— Ложись обратно. У тебя пищевое отравление, — говорит Элисон, расстегивая мою рубашку. Я отталкиваю ее руки и приподнимаюсь. Плохая идея. Я хватаю её за плечи, когда моя голова кружится от резкого вставания. Пищевое отравление? Это, должно быть, ложь, которую Ребекка рассказала Элисон.
— Мне нужно убедиться, что она добралась до дома.
