Может быть, он сразу меня уволит? Может быть, он ждет, что я разоблачу его, тогда он сможет опозорить меня на глазах у всех? Нет, его отец не позволит. Я может быть помощник Николаса, но его отец тот, кто решает, останусь ли я или уйду. Он ясно дал понять это, когда нанимал меня. Мэри звонит по телефону и говорит в полголоса. Она поворачивается ко мне на секунду, а затем отворачивается, улыбаясь в трубку. Почему-то, мне кажется, что она слишком восторженно отвечает. Мой желудок сжимается в предвкушении. У меня такое ощущение, что она знает что-то, чего не знаю я.
Дерьмо. Я очень надеюсь, что меня не уволят сегодня. Я обещала Кэрол.
***
— Извините, что заставила вас ждать. В это время года здесь творится безумие. Меня зовут Кристи, кстати.
Я следую за Кристи, высокой брюнеткой по длинному коридору к задней части первого этажа.
— Я думала, что мистер Стонхейвен встретит меня, — говорю я с тревогой.
— Он встретится, но в настоящее время мистер Стонхейвен — на встречах. Он приказал мне отвести вас в отдел кадров, а затем показать вам, где будет ваш стол, — говорит она.
Почему-то в ее словах полно ненависти.
— Спасибо, — бормочу я.
После трехчасового заполнения документов в отделе кадров, я наконец могу сказать, что я официально являюсь сотрудником StoneHaven. Я даже подписала свой первый договор о неразглашении. Там было очень много юридической тарабарщины, которую я не полностью поняла, но ясно одно: расскажешь прессе о чем-нибудь, и вход в компанию будет закрыт для тебя навсегда.
Как и в том, что если сделаешь это, то твою задницу уволят и вдобавок вручат чудовищный иск. Я провела весь оставшийся день, знакомясь с моим рабочим местом.
Кристи была довольна мила, показав мне мой рабочий стол, который находится не слишком далеко от кабинета двоюродного брата Кэрол, Кена Филлипса. Я так взволнована, что у меня будет свой собственный кабинет. Все кажется таким нереальным. У меня даже есть свой собственный бейджик, который дает мне доступ к различным уровням здания, а на моем столе стоит коробка визиток с моим именем, должностью, и дополнительным номером телефона.
Я захлебываюсь от восторга при виде моего имени, запрограммированного в телефонной системе.
Я точно повешу на стены несколько фотографий Кэрол, себя, мамы и папы. Моя мама звонит мне каждый вечер, в семь, по ней часы сверять можно. По телефону она в основном рассказывает мне о своих делах и о последних сплетнях в округе. Даже папа звонил мне несколько раз.
