Поняла?
Хлопок! Шлепок! Опять! Снова и снова. Выше, ниже, правее, левее. Таккер ни разу не попал дважды по одному и тому же месту, но в скором времени ее ягодицы просто горели.
— Да… сэр, — задыхаясь, ответила Кэлси. Боже, еще несколько секунд, и она кончит.
— Если ты вернешься к нам навсегда, то пути назад не будет. И никаких выборов фаворита.
Очередная серия шлепков довела ее до расплавленного состояния. А обжигающий взгляд Джереми только усиливал жар.
— Ты поняла? Любовь, принятие, преданность – и никак по-другому.
Его ладонь опустилась с ягодицы на бедро Кэлси, и он, протянув руку, хлопнул по ее киске.
О, Боже, да! Она ахнула, цепляясь за остатки своего самообладания. — Пожалуйста, тихо умоляла она, раскачиваясь и извиваясь.
— Поняла? — повторил он.
— Да, сэр! — выкрикнула она.
— Отлично. — Внезапно его руки успокоились.
— Нет! — запротестовала она.
Не обращая на нее внимания, Такер обратился к Джереми. — Что теперь?
— Тебе понравилось, — вынес свой вердикт Джереми.
Ненадолго задумавшись, Таккер кивнул.
— Понравилось. Я, как никогда раньше, почувствовал, что ей необходимо. Понял, что даю ей то, чего она хочет: и морально, и физически. И это здорово заводит.
— Именно так, — улыбка Джереми стала откровенно развратной. — Раздвинь руками ее ягодицы и постепенно растягивай своим членом эту маленькую дырочку. Она почувствует жжение и боль. Наблюдай – напрягается ли она, шипит или скребет ногтями. Любое из этого может быть сигналом, что ей слишком больно.
А если она выгибается, тяжело дышит и умоляет, то тогда тебе зеленый свет. Проталкивайся медленно – ты должен быть уверен, что не навредишь ей. Для твоего самоконтроля это равносильно убийству, но к тому времени, как ты окажешься в ней по самые яйца, она уже будет на грани оргазма."
"Кэлси со свистом втянула воздух. Джереми только что… разложил все по полочкам, объяснив Таккеру в подробностях, как взять ее этим самым запретным способом. Он сделал это без драки и рычания, и даже глазом не моргнул.
На самом деле, он выглядел почти довольным. А потом у нее уже не было времени размышлять над таким поворотом событий, потому что она почувствовала, как головка члена Таккера начала погружаться в узкое отверстие между ее ягодицами. Острая боль. Жжение. Давление. Ей нравилось это. Задыхаясь, она вцепилась пальцами в ковер.
— Больше!
— Сладкая, будет больно.
— Знаю, — она прижалась к нему, извиваясь в попытке принять его глубже.
