"
"Его взгляд опускается на мои губы, пока я задумываюсь, куда должна была двигаться ручка. Мы оба тяжело дышим, зная, что именно произойдет дальше. То, что мы испытаем во второй раз, зная, как наш первый поцелуй повлиял на нас.
Я думаю, сейчас, он так же напуган, как и я.
Я навалилась на него всем своим весом, потому что никогда не была так слаба. Я не могу думать, я не могу двигаться, я не могу дышать. Я просто… нуждаюсь.
Он поднимает обе свои руки к моим щекам, и смотрит прямо в мои глаза.
- Твой выбор, - шепчет он.
Боже ты мой, этот голос.
Я пялюсь на него, не уверенная, что мне нравится, что он отдал контроль в мои руки. Он хочет, чтобы это было моим решением.
Это так легко, иметь того, кого можно обвинить за то, что не должно было произойти. Я знаю, что мы не должны были ставить себя в такое положение, о котором мы будем сожалеть, как только все закончится. Я могу положить этому конец прямо сейчас. Я могу сделать все проще, попросив сейчас его уйти, прежде чем между нами все станет еще сложнее.
Я могу слезть с его колен и сказать, что он не должен быть здесь, потому что у него даже не было времени, чтобы простить себя за то, что произошло с Мэгги. Я могу сказать ему, чтобы он уходил и не возвращался, пока его сердце не разберется, кого оно хочет.
Если этот день когда-нибудь наступит.
Есть много вещей, которые я могу, должна и мне нужно сделать, но ни одно из них я не хочу делать.
Давление выбрало самое не подходящее время, которое возможно, чтобы сломить меня. Самое худшее, которое возможно, время.
Зажмуриваю глаза, когда чувствую, как слезы вырываются наружу. Медленно стекая по моим щекам к подбородку. Это самое медленное падение слез, которое когда-либо было. Открываю глаза, а Ридж наблюдает за этим. Он проследил взглядом по мокрым дорожкам, и я вижу, как его челюсть сжимается с каждой секундой сильнее, пока он смотрит. Я хочу поднять руку и вытереть их, но последнее, что я хочу, это спрятать это от него. Мои слезы говорят намного больше о том, как я себя чувствую, чем я смогла бы написать в сообщении.
Может быть, мне нужно, чтобы он знал, как это причиняет мне боль.
Может быть, я хочу, чтобы и ему тоже было больно.
Когда слезы, наконец, скатываются вниз, и исчезают под подбородком, он возвращает свои глаза ко мне. Я удивлена тому, что вижу в них.
Его собственные слезы.
Знать, что ему больно, потому что мне больно, не должно вызывать во мне желание поцеловать его, но это так. Он здесь, потому что он заботится обо мне.
