У меня еще есть три дня, которые я могу использовать, чтобы оправиться от этого похмелья.
Направляясь в ванную Риджа, на меня вдруг нахлынуло незнакомое мне чувство. Я остановилась перед дверью."
"Такое странное чувство. Казалось, будто бы я иду в ванную, которая мне не пренадлежит. Я чувствовала, будто иду не в свою ванную, в отличие от того, как у меня было в моей предыдущей квартире. Будто бы эта ванная принадлежала мне частично. В предыдущей квартире я чувствовала, что нахожусь в своей квартире. Что вся мебель принадлежала мне.
Ничего на этом месте не ощущалось так, будто бы принадлежало мне. Кроме, конечно, тех вещей, что лежали в двух чемоданах, которые я принесла с собой в первую ночь. Казалось, будто, ничего более здесь не было моим.
Комод? В долг.
Кровать? В долг.
ТВ? Тоже не мой.
Кухня, гостиная, вся моя спальня. Все принадлежало другим людям. Будто бы я просто заимствовала у кого-то чью-то жизнь, пока не обзаведусь своей собственной. Мне казалось, будто я заимствовую все это с того самого дня, как я сюда переехала.
Черт, я даже позаимствовала бойфренда. Ридж - не мой. Он никогда не будет моим. И это было так больно принять. И я так устала от этой постоянной, непрекращающейся борьбы в моем сердце. Я не могу так больше. Я не заслуживаю таких самоистязаний.
Будет лучше, если я съеду.
Я так и сделаю.
Переезд, думаю, это единственное, что может меня исцелить, потому что я не могу так больше. Не могу быть рядом с Риджем, и с тем, что причиняет мне его присутствие.
Ты это слышишь, сердце? Вот, к примеру, даже сейчас.
Я улыбнулась от осознания того, что наконец-то сама разберусь со своей жизнью, и, поглощенная чувством выполненного долга, я открываю дверь ванной и... о, нет! Я падаю на колени.
О, Боже.
О, нет!
Нет, нет, нет, нет, нет!
Я хватаю ее за плечи и переворачиваю. Ее тело было бездыханным, глаза закатились, а лицо было очень бледным.
О, мой Бог! - Ридж! Я подползаю к ней и тянусь к двери в спальню. Я кричу его имя так громко, что мое горло почти разрывается.
Я пытаюсь несколько раз повернуть дверную ручку, но моя рука соскальзывает.
Она начинает биться в конвульсиях, и я, склоняюсь над ней, пытаюсь поднять ее голову. Я подвожу свое ухо к ее голове, чтобы убедиться, что она дышит. Рыдая, я продолжаю выкрикивать его имя снова и снова, но в результате понимаю, что он меня не слышит. Я продолжаю держать ее голову, боясь отпустить.
- Мэгги! - плачу я.
Что я делаю? Я не знаю, что делать.
