Никто раньше так не поступал, по отношению к ней. Она даже не смела надеяться на такое.
- Спасибо."
"Рейн не знала, что еще сказать, чтобы выразить всю свою благодарность, что так долго томилась в ее сердце. Но она точно знала, что стоять на коленях перед этим мужчиной, будет легко и непринужденно.
- Ты доверишься мне?
Что бы ни случилось дальше, Лиам уже подарил ей драгоценный подарок: надежду. Ей нужно было прекратить чувствовать себя такой разбитой. И встретить, наконец, жизнь. До этого момента, она всегда делала именно так.
И если Хаммер не хотел ее, то она больше не собиралась позволять этому сукиному сыну ломать ее.
- Мне нужно немного времени, чтобы быть полностью уверенной в своем решении. Сейчас я не в лучшем настроении, чтобы о чем-то думать. День или два... я слишком многого прошу?
- Нет, ты поступаешь мудро. Подумай пару дней, после чего дай мне ответ. А прямо сейчас, иди сюда. Полежи со мной, и дай мне обнять тебя. Постарайся немного поспать.
Он отступил на шаг, забирая с собой тепло своего тела.
Слегка вздрогнув, она тут же заскучала по его уверенному присутствию и теплу. Посмотрев на то, как он протягивает ей руку... Она повернулась и вложила свою ручку в его ладонь, позволяя ему отвести себя к постели.
- Просто поспать?
Он устроился на простынях, притянул ее ближе и взглянул в глаза.
- Тебе нужно поспать. Но я, тем не менее, мужчина, и хочу тебя обнаженной подо мной. А пока отдыхай. Мы разберемся со всем позже.
Глава 5
За час до начала сета, Лиам бродил по бару в поисках Бека.
Целый день, Хаммер избегал встречи с ним, зная, что Лиам будет делать все возможное, чтобы отговорить его от этого публичного унижения. Действие предназначалось для того, чтобы Рейн поумерила свою гордость. И Лиам понимал это. Но унижение девочки, не привело бы к ее исправлению. И если его друг не хотел его слушать, то может быть, Лиаму удастся убедить Бека поступить благоразумно.
Рейн безусловно не заслуживала того, что мог с ней вытворить этот садист с позволения Хаммера.
Если даже Лиам старался обходить его стороной, то Рейн точно следовало его бояться. Все утро он старался убедить ее в том, что ей совсем не обязательно терпеть боль. И качая ее в колыбели своих рук, соприкасаясь своим телом с ее нежной кожей, он с каждой минутой хотел ее все больше и больше.
Бек сидел за длинной, и отполированной до блеска, стойкой бара, и медленно попивал виски. С его бедра свисал, скрученный в кольцо, кнут.
