"
"Рейн же, была чистым листом бумаги во многих отношениях. Свежая. Сама мысль о ее формировании под его руководством, восхищала его. Сама идея о том, чтобы прикоснуться к ней, приводила его в восторг... даже больше, чем следовало.
- Я вижу, что ты имеешь в виду, - наконец признала она.
- Но в чем же тогда подвох?
Медленно, но уверенно, он придвинулся к ней.
- Хаммер настаивает на твоем наказании. И я не смогу препятствовать Беку на его территории. Но если ты позволишь мне тренировать тебя, я не позволю ему притронуться к тебе.
В любом случае, я на твоей стороне и поддержу тебя всеми доступными средствами.
Она воинственно приподняла подбородок.
- Если я останусь, то справлюсь с Беком. Я не трусиха.
Лиам поборол улыбку. Рейн была такой разной: распутницей, умной девочкой, запертой в теле взрослой женщины, сабой без Доминанта, но он бы никогда не посмел назвать ее трусихой.
- Нет, это не про тебя. Ну же, давай.
Он взял ее за руку.
- Позволь мне дать тебе почувствовать вкус того, в чем как я думаю, ты нуждаешься.
Ты не можешь согласиться на то, чего еще полностью не понимаешь.
Он мягко потянул ее к себе.
В этот раз, она сомневалась всего лишь мгновение, прежде чем подчиниться. Он присел на кровать, притянув ее к себе на колени, и развернул лицом к зеркалу.
Она отвела взгляд.
- Посмотри на нас, - скомандовал он, громкость его голоса едва превышала шепот.
Теперь, ни секунды не сомневаясь, она пристально посмотрела в зеркало, вглядываясь в затемненную комнату, чтобы встретиться с его взглядом.
Как только ее спина прижалась к его груди, он почувствовал, насколько маленькой она была, устроившись у него на коленях.
Она вздрогнула, когда он прошелся губами по раковинке ее ушка.
- Выше всяких похвал, - сказал он ей.
- Тебе требуется дисциплина, и в этом я согласен с Хаммером... тебя нужно выпороть за твою предыдущую выходку.
Когда она уже приоткрыла было рот, чтобы запротестовать, он прижал к нему палец и послал ей строгий взгляд.
- Ни слова. Позволь мне закончить.
Когда она осела, обиженно надув губы, он подавил еще одну улыбку. С этой девочкой будет много возни. Но что-то в ней очаровывало его.
Одному Господу известно, что простое разглядывание в зеркале, ее полуприкрытых кусочками ткани, изгибов, забирало ощутимую толику его самоконтроля. Он ощущал острую необходимость, как можно скорее отыскать и вскрыть все ее защитные покровы, чтобы полностью открыть ее душу.
Сама мысль об этом захватывала дух.
