Женщины любили его и поклонялись ему. Они боролись за его внимание. Они жаждали его прикосновений.
И они не желали ему смерти!
Но Валериан, кажется, не был смущен этим открытым актом неповиновения. Нет, он был в приподнятом настроении. Если Валериан, самым желанный из нимф, не смог добиться ее, то и его воины поймут, что они обречены на провал — и это хорошо. Ведь, выбрав ее и встретив сопротивление, они будут вынуждены спать в одиночестве в эту ночь, а именно этого нимфы хотели бы избежать. Ведь им сейчас очень нужен секс.
Не любовь, не подруга. Только секс.
Валериан заставить себя нахмуриться и легонько хлопнул Шей по очаровательной попке, зная, что это только сильнее разозлит ее.
Она взвизгнула.
— Ты только что пытался меня отшлепать? Скажи мне, что ты не просто так шлепнул меня, Валериан, прежде чем я сломаю тебе нос. Ты ведь знаешь, что я ударю. Опять.
Ах, как ему нравится слышать свое имя из ее мягких, розовых уст. Так как лицо его подруги было очень бледным, то цвет ее губ выделялся, словно маяк, словно приглашая отведать вкус ее поцелуя.
— Я жду, — прорычала она.
— Нет. Ты прекрасна.
Впервые выражение ее лица смягчилось, и Валериан увидел за грозной маской проблеск милой и уязвимой женщины. Он еле сдержался, чтобы ее не поцеловать. Но тут в ее глазах вспыхнула ярость, вытесняя милое выражение лица, растопившее ему сердце.
— Не говори со мной так. Мне это не нравится.
Валериан удивленно моргнул. Она не хочет, чтобы он ей говорил комплименты? Интересно.
Запутанно и странно, впрочем, это дает повод задуматься. Почему эта женщина так себя ведет? Или она так защищается от него?
— Мой король, — напомнил о себе Бродерик. — Мы готовы. Мы выстроили женщин в линию и готовы выбирать.
Быстрый подсчет показал, что мужчин больше, чем женщин.
— Моя элита будет выбирать первой, — сказал Валериан. Они воевали во многих войнах, были сильнее, быстрее, и нуждаются в сексе больше, чем рядовые солдаты.
Воины элитного подразделения прокричали: «Ура!».
Остальные застонали от досады.
— Веди себя тихо, — сказал Валериан своей подруге, прекрасно зная, что она сделает наоборот. — И встань в линию. Мои воины должны хорошенько рассмотреть тебя.
К его огромной радости Шей ответила:
— Обломись. Кто бы чего не хотел, а я не буду добровольно принимать участие в этом конкурсе сисек и задниц. И не собираюсь стоять здесь, словно манекен.
Если только... она не сбежит.
