Не произнося ни слова, он заключил ее в свои объятия и завладел ее ртом, украв ее дыхание.
Поцелуй длился лишь несколько мгновений, но их стало вполне достаточно, чтобы свести ее с ума, поглотив все ее чувства. Затем он отстранился от нее, задыхаясь. Женщины подбирались все ближе, протягивая свои руки... прикасаясь к нему.
Шей сердито сверкнула на них глазами.
- Будь умницей, - сказал он, - и я возьму тебя во Внешний Город, после тренировки. - С этими словами он удалился.
«Ох, это нечестно, - простонала она про себя, - давать подобное обещание».
Комнату огласили разочарованные вздохи и стоны. Пытаясь унять свое дико колотящееся сердце и охладить разгоряченную кожу, Шей отыскала свободное местечко и плюхнулась на подушку. Она не в силах была устоять; ей действительно хотелось увидеть Внешний Город еще раз. Единственный взгляд, который она бросила на него тогда, ее не устраивал. С того момента как она увидела его, ей хотелось вдохнуть его воздух и растворится в его окружении.
Она сбежит завтра.
«Я не чувствую облегчения. Я не рада провести больше времени с Валерианом». Чтобы хоть как-то отвлечься, она воспользовалась своим новым приобретением, решив изготовить свои анти-открытки. Создание открыток всегда было ее спасательным кругом, когда она находилась в раздражении, и ей необходимо было снять напряжение, «как сейчас, например». У нее в голове уже созрело несколько достойных идей.
Дни пролетают как вихрь
Но я счастлива, что тебя рядом нет
Чтобы портить мне их.
Хочешь кусочек меня?
Ой, прости
Я уже отдала его твоему брату
В ее голове мелькнула третья открытка, и была так не похожа на предыдущие, что она удивленно моргнула.
Кое-кто из мужчин не такая уж и задница
Если задуматься
Прежде чем она успела обдумать ее, кто-то сказал:
- Я так завидую, что ты избранница Валериана, этого светловолосого красавца-самца. - В этот момент все глаза устремились на Шей. - Он был так хорош, как и выглядит?
- Они даже дрались за тебя, - мечтательно вздохнула другая.
– Представляешь насколько это романтично? Я Жаклин, кстати.
- Я - Шелли, - сказала изящная, почти королевского вида блондинка. - И принадлежу Аезону.
- А я - Барри, - отозвалась простоватая, тихая брюнетка.
- Рисса, - представилась рыжеволосая, которая боролась с ней за право быть рядом с Бродериком. Теперь она казалась веселой, и даже ласковой.
Еще и еще подходили и представлялись.
