Рыжеволосый молодой человек вошел в комнату, мерзкая жестокость, рожденная в его человеческом сердце, усиливалась демоном, живущим внутри него. Он замер, когда увидел ее.
Он открыл рот.
Кальтэна Ромпир отпустила свой сумеречный огонь на них.
Это не было признаком того сумеречного огня, который был создан чтобы убить ее – причина, по которой он впервые подошел к ней, солгал ей, пригласил ее в тот стеклянный замок – а реальная вещь. Огонь, который она таила, поскольку магия вернулась - золотое пламя теперь превратилось в черное.
Комната стала пеплом.
Кальтэна раздвинула цепи , словно они были паутиной и встала.
Она разделась, когда вышла из комнаты. Пусть они увидят, что было сделано с ней, тело, которое они использовали.
Она сделала два шага в зал, прежде чем они заметили ее и увидели черные языки пламени, которые шли рябью от нее.
Смерть, пожиратель миров.
Коридор превратился в черную пыль.
Она направилась к камере, где визг был громче всех, где женские крики просочились даже через железную дверь.
Железо не нагревалось, его не согнуть с помощью магии. Таким образом, она выплавила сводчатый проход через камни.
Монстры и ведьмы, и мужчины, и демоны закружились вокруг.
Кальтэна протекла в комнату, широко расставив руки, и стала сумеречным огнем, стала свободой и торжеством, стала обещанием, которое прошипела в подземелье под стеклянным замком:
Наказать их всех.
Она сожгла колыбели. Она сожгла монстров внутри. Она сжигала людей и их демонов-князей.
А потом она сжигала ведьм, которые смотрели на нее с благодарностью, и их глаза обнимало темное пламя.
Кальтэна отпустила последний оставшийся в ней сумеречный огонь, поднимая лицо к потолку, к небу, которое она уже никогда не увидит.
Она уничтожила каждую стену и каждую колону. Когда все вокруг начало кружиться и рушиться, Кальтэна улыбнулась, и, наконец. сожгла себя, развеяв пепел на иллюзорном ветру.
***
Манона побежала. Но Элида был настолько медленна, так мучительно медленна из-за ноги.
Если бы Кальтэна отпустила ее сумеречный огонь прежде, чем они вышли ...
Манона схватила Элиду, перекинула через плечо и, зацепив подол, усыпанный бисером, своей рукой, помчалась вверх по лестнице.
Элида не сказала ни слова, когда Манона достигла посадочных площадок и увидела Астерину и Соррель. прикончивших последнего из солдат.
- Беги! - рявкнула она."
"Они были покрыты их черной кровью, но они были живы.
