Эдион открыл свой рот снова, поскольку Рован отступил, и собравшись добавить что-то, о чем он, конечно, пожалел бы, когда прозвучало радостное приветствие.
Они заметались и схватились за оружие, когда Лисандра с сумками и ящиками в руках закрыла створчатую дверь за собой. У нее был странная особеность, появляться незамеченной.
Лисандра, с прекрасным молчаливым лицом, сделала два шага и остановилась как вкопанная , увидев Рована.
Тогда его королева внезапно бросилась к пришедшей и выхватила часть сумок из рук Лисандры, а затем повела её в квартиру этажем выше.
Эдион немного расслабился, лёжа на земле.
- Это Лисандра? - спросил Рован.
- Не так плоха на первый взгляд, не так ли?
Рован фыркнул.
- Почему она здесь?
Эдион осторожно потрогал рану на боку, удостоверяясь, что она действительно не повреждена.
- У нее, вероятно, есть информация об Аробинне.
Тот, на кого Эдион планировал объявить охоту, как только его, проклятая богами, рана зажила бы, независимо от того, здоров ли он был с точки зрения Аэлины или нет.
Он уже смаковал, как разрубит Короля Ассасинов на крошечные кусочки, и будет резать его в течении многих, многих дней.
- И все же она не хочет, чтобы ты это услышал?
Эдион ответил:
- Я думаю, что она считает всех, кроме Аэлины, скучными. Самое большое разочарование в моей жизни.
Ложь, и он не знал, почему сказал это.
Но Рован слегка улыбнулся.
- Я рад, что она нашла себе подругу.
Эдион удивился вспышке мягкости промелькнувшей на лице воина. Когда Рован посмотрел на него вновь, и его глаза были полны льда.
- Двор Аэлины будет новым, отличающимся от любого другого в мире, где снова будут соблюдаться Старые традиции . Ты будешь изучать их. И я собираюсь научить тебя им.
- Я знаю Старые традиции.
- Ты будешь изучать их снова.
Плечи Эдиона подались назад, когда он поднялся во весь свой рост.
- Я - генерал Бэйна и принц домов Галатиниев и Ашериров. Я тебе не какой-то нетренированный пехотинец.
Рован резко кивнул в подтверждении - и Эдион предположил, что это должно было ему польстить.
Пока Рован не сказал:
- Мои «кадры», как Аэлине нравится их называть, были смертоносным орудием, потому что мы объединились и соблюдали один и тот же кодекс чести. Маэва конечно была садисткой, но она удостоверивалась, чтобы мы всё понимали и следовали ему. Аэлина никогда не будет вынуждать нас, и наш кодекс будет отличаться - он будет лучше - чем у Маэвы. Ты и я будем основой этого двора. Мы сформируем и примем наш собственный кодекс.
