Эдион поборол необходимость сделать глубокий вдох, когда Рован отвернулся, чтобы скептически взглянуть на их королеву. Она скрестила руки в ожидании.
- Мне нужно время, чтобы привыкнуть к новому порядку, - отметил Рован.
Это не было извинением – судя по тому, что говорила Аэлина, Рована не заботили такие вещи. Она выглядела абсолютно шокированной этой маленькой уступкой.
Эдион попытался откинуться на спинку стула, но его мышцы были напряжены, а кровь бурлила в венах. Он обнаружил, что говорит принцу:
- Аэлина не упоминала, что посылала за тобой.
- Разве она обязана отвечать перед тобой, Генерал?
Опасный, тихий вопрос.
Эдион знал, что когда мужчины вроде Рована говорят мягко, это обычно подразумевает жестокость и смерть у них на пути. Аэлина закатила глаза.
- Ты знаешь, он не это имел в виду, так что не начинай спорить, болван.
Эдион оцепенел. Он сам мог за себя постоять. Если Аэлина считает, что ему нужна её защита, если она считает Рована лучшим воином –
Рован произнес:
- Я принёс тебе клятву верности – это означает несколько вещей, одна из которых заключается в том, что мне наплевать на расспросы других, даже если это твоей двоюродный брат.
Эти слова отразились эхом в его голове и сердце.
Клятву верности.
Аэлина побледнела.
Эдион спросил:
- Что он только что сказал?
Рован поклялся Аэлине на крови. Это была его клятва.
Аэлина распрямила плечи и сказала чётко, ясно:
- Рован принёс мне клятву перед тем, как я покинула Вендалин.
Он зарычал:
- И ты позволила ему это сделать?
Аэлина подняла покрытые шрамами ладони.
- Насколько я знаю, Эдион, ты преданно служил королю. Я никогда и не надеялась увидеть тебя снова.
- Ты позволила ему принести тебе клятву? – проорал Эдион.
Она врала ему в лицо в тот день, на крыше. Ему нужно было исчезнуть, из этого тела, комнаты, покинуть этот чертов город. Эдион бросился к одной из фарфоровых статуэток, стоявших на кирпичной каминной полке, желая разбить что-нибудь, чтобы заглушить рычание внутри него. Она вскинула палец, приближаясь к нему.
- Если ты разобьёшь хоть одну вещь, уничтожишь хоть что-нибудь из моего имущества, я проткну этими осколками твоё горло.
Приказ – от королевы к генералу. Эдион сплюнул на пол, но подчинился. Только потому, что игнорирование её приказа могло разрушить нечто намного более ценное. Вместо этого он сказал:
- Как ты посмела? Как посмела принять эту клятву?
- Я посмела, потому что я должна отдать свою кровь; оттого, что ты не существовал для меня тогда.
