Она протянула ему полотенце, но не выпустила его из рук, когда он схватил его.
- Ты стала тираном, Принцесса, - проворчал он.
Она закатила глаза и отпустила полотенце, поворачиваясь, когда Рован поднялся одним мощным движением; разбрызгивая повсюду воду Аэлина еле сдержалась, чтобы не оглянуться через плечо. Даже не смей, прошипел голос в её голове. Точно. Она называла этот голос Здравым Смыслом, и с этого момента решила его слушаться.
Вернувшись в гардеробную она подошла к туалетному столику у дальней стены и присев на корточки перед нижним ящиком, открыла его, обнаруживая там сложенное мужское бельё, рубашки, штаны.
Секунду она смотрела на старую одежду Саэма, сохранившую его слабый запах, и вдохнула его. Она пока не могла собраться с силами, чтобы пойти на его могилу, но –
- Ты не обязана давать их мне, – промолвил Рован позади неё.
Она слегка вздрогнула и повернулась, чтобы посмотреть ему в лицо. Он подошёл так бесшумно. Аэлина попыталась выглядеть не слишком потрясённой от его вида с полотенцем, обёрнутым вокруг бёдер, его загорелого и мускулистого тела, блестевшего от масел, и шрамов, пересекавших его и похожих на полосы тигра.
Даже Здравый Смысл утратил дар речи.
Её рот слегка пересох, когда она говорила:
- В этом доме сейчас нехватка чистой одежды, а эти вещи лежат здесь без пользы.
Она достала рубашку и показала её:
- Надеюсь, она подойдёт.
Саэму было восемнадцать, когда он был убит; Рован же был воином, закалённым многовековыми битвами и тренировками. Она вынула бельё и штаны.
- Я найду подходящую одежду завтра. Я почти уверена, что женщины Рафтхола начнут погромы, если увидят тебя идущим по улице в одном только полотенце.
Рован расхохотался и пошел к одежде, висящей вдоль одной из стен гардеробной: платья, туники, жакеты, блузы...
- Ты носила всё это?
Она кивнула и поднялась на ноги. Он осмотрел некоторые платья и украшенные вышивкой туники.
- Они очень красивые, – отметил он.
- Ты больше похож на члена общества противников роскоши."
"- Одежда тоже оружие, – сказал он, останавливаясь у чёрного бархатного платья.
Его узкие рукава и перед не были украшены, вырез платья доходил до ключиц, оставляя место для узоров из вышитого, сверкающего золота, вьющихся по плечам. Рован повернул платье, чтобы увидеть его сзади – настоящий шедевр. Золотая вышивка спускалась с плеч, образуя змееподобного дракона, у шеи его пасть была распахнута в рычании, тело извивалось до узкого хвоста, образующего край удлинённого шлейфа.
