Он пытался убедить себя, что, несмотря на всю опасность, несмотря на то, что она вернулась, пропахшая кровью и раненая тем, что один из них укусил ее в плечо, она, по крайней мере, узнала, что в Морате люди с помощью магии были превращены в валговское отродье.
Он пытался убедить самого себя, но это не получалось. Он должен дать ей пространство. Он не будет властным фэйским-ублюдком, как она любила их называть.
- И если я пройду твою оценку, - сказал, наконец, Эдион. - Мы поедем прямо в Террасен или будем ждать принца Рована?
- Принца Рована, - сказала она, закатывая глаза.
– Ты продолжаешь раздражать меня для того, чтобы узнать побольше о Принце Роване?
- Ты подружилась с одним из величайших воинов в истории — возможно, величайшим живым воином. И твой отец и его люди рассказывали мне истории про принца Рована.
- Что-о-о?
Ох, он ждал, чтобы использовать эту особенную, драгоценную информацию.
- Воины на севере до сих пор говорят о нем.
- Но Рован никогда не был на этом континенте.
"
"У нее получилось произнести это имя с непринужденностью - Рован. Она действительно не понимала, что же за мужчина стал членом ее двора, кооторого она освободила от присяги Маэве, той занозой в одном месте. Рован был самым могущественным и чистокровным из ныне живущих фейским мужчиной. Она чувствовала его запах по всему своему телу, но у нее не было ни одной идеи почему это так.
- Рован из клана Боярышника - это легенда. Он и его.. как ты их назвала?
- Кадр, - ответила она нахмурившись.
- Эти шестеро ... – у Эдиона перехватило дыхание. - Мы рассказывали истории о них вокруг костров. Про их битвы, подвиги и приключения.
Она глубоко вздохнула.
- Пожалуйста, пожалуйста, только не рассказывай ему об этом, потому что я всегда готова слушать истории о нем, а узнав - начнет использовать это, как аргумент в каждом нашем споре.
Честно говоря, Эдион не знал, что он скажет этому мужчине, потому что было столько разных вещей, о которых ему хотелось рассказать.
Выражение своего восхищения было бы лишь самой малой частью. Но когда придет время благодарить Рована за то, что он сделал для Аэлины этой весной или что, более точно, когда Рован станет членом ее двора - если Фэйскому Принц, как ожидается, будет предложенно произнести клятву на крови, то ... Эдион едва удержался, что бы не заключить Аэлину в объятия.
Рен знал, что клятва на крови принадлежала Эдиону по праву, и это знало любое другое дитя Террасена.
