Она была такой же клятвопреступницей, как и он. Хуже.
Дорин не ушел. Нет. И ему не было плевать, сколько Аэлина трубила о пощаде для Дорина, или что она сказала, что это было слабостью - не убить его. Слабость заключается в его смерти, вот что он должен был сказать. Слабость заключается в том, чтобы сдаться.
Он шел вниз переулка. Он должен был скрываться, но рев в его крови и костях был неумолим. Канализационная решетка зазвенела под его ногами. Он остановился и всмотрелся в черноту ниже.
Было еще то, что нужно сделать - очень много чего нужно сделать, очень много людей, которых нужно спасти.
И теперь, когда Аэлина вновь оскорбила короля, он не сомневался, что валги схватят еще больше народа, как наказание, как заявление. В городе шум еще не утих, возможно это самое прекрасное время, чтобы ударить. Для уравнивания шансов между ними.
Никто не видел, когда он спустился к канализацию, закрыв крышку наверху.
Туннель за туннелем, его меч мерцал в свете, исходящем от решеток.
Шаол охотился на грязные части валгов, его шаги были практически бесшумны. Обычно они были в своих гнездах, в темноте, но время от времени отставшие бродили по тоннелям. Некоторые гнезда были маленькими - только трое или четверо, кто охранял заключенных или еду - как он предположил. Достаточно просто для него, чтобы заманить их в засаду.
И не видеть чудесную картину, как катятся головы демонов.
Ушел. Дорин ушел.
Аэлина не знала всего. Огонь или не казнь не могут быть единственным выбором.
Может быть, он пощадит одного из командующих - валга, чтобы убедится, что человек в демоне действительно есть. Может быть, есть другой способ, должен быть другой способ...
Туннель за туннелем, все их обычные прибежища, и ни одного признака их присутствия.
Ни одного.
Шаол почти бежал к самому большому гнезду, он знал, что там всегда есть те, кто нуждается в помощи. Он спасет их, потому что они это заслужили, потому что он должен, иначе все рухнет и-
Шаол уставился на вход в главное гнездо.
Тусклый солнечный свет осветил серые камни и небольшую реку в основании. Никакого признака управляемой темноты, которая обычно душила его как густой туман.
Пусто.
Солдаты-валги исчезли. И прихватили пленников с собой.
Он не думал, что они скрылись от страха.
Они ушли дальше, скрывая себя и заключенных, как гигант, дьявольски смеясь над каждым мятежником, который думал, что они выиграли эту секретную войну. И Шаол.
