Однако, если бы мы это сделали, могу я напомнить, что Изабелла — наследница Hiraya Hotels? Она не какая-то скромная барменша, как ты изначально думала.
Я не был зол на Изабеллу за то, что она скрывала от меня свое семейное происхождение. Сначала мне было больно, что она не доверяла мне настолько, чтобы раскрыть свой секрет, но я понимал, почему она это сделала. Честно говоря, ее семейное разоблачение облегчило продажу наших отношений как моей семье, так и совету директоров. Молодой человек, встречающийся с барменом, был скандальным.
Молодой человек, встречающийся с наследницей, был само собой разумеющимся.
Губы моей матери сжались.
— Дело не в богатстве. Все дело в пригодности. Она.."
"— Вам не кажется, что Кай должен быть тем, кто определяет пригодность своего партнера? — Вмешалась Изабелла. Она улыбнулась, увидев вспышку удивления на лице моей матери. — Я филиппинская азиатка и говорю по-английски, на тагальском, хоккиенском, мандаринском и кантонских языках. Удивлена, что вы не подумали об этом, учитывая все образование и воспитанность.
Я вытер рукой рот, пряча ухмылку. Похожая ухмылка тронула губы Эбигейл.
Мы любили нашу маму, но нам также нравилось видеть, как люди окликают ее. Это случалось не часто.
Она выздоравливала с поразительной скоростью, как всегда делала Леонора Янг.
— Тогда ты должна знать, почему вы с моим сыном — плохая пара, — сказала она голосом, похожим на ледяную воду. — Если бы не ты, мы бы не оказались в этом... затруднительном положении. Янг руководит нашей компанией с момента ее основания более века назад.
Я отказываюсь позволить безвкусному увлечению разрушить наше наследие.
— Это забавно, — сказала Изабелла. — Вы хотите, чтобы Кай руководил компанией из списка Fortune 500, но при этом обращаетесь с ним как с ребенком, который не может самостоятельно принимать решения. Как вы совмещаете эти две вещи?
Моя ухмылка стала шире.
Я должен был думать о DigiStream, подозрительном уходе Тобиаса и о том, чтобы как можно скорее вывезти мою семью из моей квартиры, но все, о чем я мог думать в тот момент, это о том, как сильно хотел схватить Изабеллу и поцеловать ее.
Понятно, что возвращение Изабеллы произвело на мою мать меньшее впечатление.
— Как ты смеешь так со мной разговаривать? — Она обратила на меня разъяренный взгляд, ее щеки покраснели от возмущения. — Это тот тип женщины, ради которой ты готов пожертвовать своим будущим?
— Никто ничего не выбрасывает. — Я безжалостно загнал свое веселье в прямую линию.
