Нахмурившись, Виктория посмотрела на мальчика, все еще стоявшего рядом.
— Кейд ничего плохого не сделал, но я хотела бы поговорить с вами, пока он будет играть, — она смело посмотрела в жесткие глаза мужчины.
— Кейд, иди, поиграй, — приказал капрал.
— Да, сэр, — мальчик бросил быстрый взгляд на учительницу и медленно отошел.
— Так что случилось с Кейдом?
— С Кейдом все в порядке. Я читала его досье, он исключительно умный ребенок, но в последнее время стал сопротивляться новым знаниям, всему новому.
Реймонт промолчал.
— Надеюсь, я не перехожу границы, но я очень сожалею, что вы недавно потеряли свою жену…
Мужчина застыл на месте.
— И что с того?!
— Я надеялась, что вы позволите мне поговорить об этом с Кейдом. Я знаю, каково это, потерять мать из-за мятежников. Этот разговор может помочь ему. Важно, чтобы кто-то, кроме вас, поговорил с ним об этом, разделил его детское горе.
— Кто сказал, что мы говорим об этом? Она умерла, не о чем тут разговаривать!
Виктория была шокирована, но не успела ничего ответить, как их прервали.
— Привет, Табор, — к ним подошел улыбающийся мужчина. — Что случилось?
Виктория не была в восторге от вмешательства, но сумела сохранить улыбку на лице.
— Джагер. Это госпожа Чемберлен, учительница Кейда. Госпожа Чемберлен, мой шурин.
— Здравствуйте, — Виктория вежливо улыбнулась.
— Проблемы?
— Кейд, конечно, — зло выплюнул Реймонт.
— Капрал… — девушка была шокирована полным безразличием Реймонта к переживаниям сына. Если бы тетя Кэсси поступила с ней также, то…
— Для меня все эти разговоры — пустая трата времени.
Мальчику нужно стать жестче. Поступайте, как считаете нужным, но только в отведенное для занятий время, — в голосе Реймонта явно звучало отвращение к сыну.
— Конечно, — голос Виктории стал ледяным. — Я поговорю с Кейдом после занятия. А потом отведу его к каюте, если вы не возражаете.
— Хорошо! — отмахнулся Реймонт.
— Спасибо, капрал. Лейтенант, — кивнув, она развернулась и ушла.
* * *"
"Садясь ужинать, Виктория все еще хмурилась.
Она понимала, что разговор с Реймонтом будет непростым, но поражало его полное пренебрежение чувствами сына. Неудивительно, что Кейд был всегда угрюм и неразговорчив.
— Почему ты хмуришься? — Лукас сел напротив. Все это время он пытался держаться от девушки подальше, даже в кафетерий ходил в разное с ней время. Он намеревался незаметно уйти, но ее задумчивый и подавленный вид остановил мужчину.
— Что? — хмурый взгляд Тори тут же сменился улыбкой. — Привет.
