— О'кей, я крепкий орешек, — пошутил Лукас, пытаясь снять растущее напряжение.
— Никто не может быть настолько крутым, — Тори, не отвечая на его улыбку, сделала укол. — Сядь, — натянув перчатки, она шагнула прямо перед ним, осторожно развернув одну руку. Бросив на мужчину последний взгляд, понимая, что он никогда не простит ей этого, девушка решительно опустила его руку в раствор.
— Что за черт! — Лукас весь напрягся. — Такое чувство, будто руку засунули в кипяток.
— Расслабься, майор.
— Как я могу это сделать? — мужчина с трудом заставил себя не вырвать руку.
— И перестань называть меня майором! Черт! Что ты делаешь? — дикая боль пронзила его тело, как будто она забивала ему гвозди прямо в руку.
— Я работаю с твоими сухожильями, расслабляю их.
— Почему бы тебе не вырвать их?
Сердце Виктории сокрушалось от боли, которую она сейчас причиняла любимому.
— Поговори со мной. Расскажи мне о возвращении на флот после Испытания. На какой корабль ты был назначен?
Лукас говорил, пока она разрабатывала каждое сухожилие, каждую мышцу, сквозь стиснутые зубы.
Когда он надолго умолкал или колебался, девушка задавала новые вопросы. Она пыталась отвлечь его от боли, находя занятие для разума. Когда мужчина начал дрожать, Тори подняла на него глаза. Он был бледным и вспотевшим, зрачки были сильно расширены.
— Черт бы побрал тебя, Лукас! Я просила тебя, дать мне знать.
— Просто закончи!
Потянувшись к турпидиану, она ввела обезболивающее. Внимательно наблюдение подсказало, когда лекарство начало действовать.
Виктория закончила работать с большим пальцем. Оценив всю руку и поняв, что сделала все правильно, она тщательно просушила и перевязала ее, прежде чем закрепить в скобе. Девушка снова простерилизовала раковину, наполнила ее, сменила перчатки и развернула к себе другую руку.
— Виктория…
Оглянувшись, Тори увидела боль на любимом лице. Но она и так все это время чувствовала ее — глубоко внутри — что почти сокрушило ее. Она ничего не могла изменить! И не собиралась.
Это необходимо сделать — если Лукас хочет снова летать — чтобы у него была жизнь, о которой он мечтал, даже если в ней не будет Виктории. Борясь с болью в сердце, девушка подняла другую руку.
— Это нужно сделать, — крепко сжав губы, Лукас кивнул. — Обязательно скажи мне, когда понадобится укол, — засунув его руку в раствор, она вздрогнула он его протяжного стона."
"— Так что же произошло на Родэм? — когда он не ответил, Тори одернула его.
