— Да, все соединения, которые он сделал, надежны, все линии прочно закреплены, все жидкости находятся под надлежащим давлением. Ему даже удалось исправить вибрацию, которая всегда была у этой птицы.
— Действительно… — Лукас обернулся и посмотрел на парня. — Ты хочешь взять его на работу?
Лорре подошла к Ваги, оглядывая его сверху донизу.
— Где ты научился фиксировать вибрацию?
— На Нуге, если есть вибрация, значит, трется обо что-то. Это означает, что износ будет происходить быстрее. На Нуге трудно найти запчасти.
— А соединения?
— По той же причине. Если они не герметичны, вы теряете жидкость. Если это случиться, люди умрут.
— Да, я возьму его к себе. Я превращу твою жизнь в ад, малыш, — улыбнувшись перспективе, Лорре кивнула Лукасу и ушла.
* * *
— В мой кабинет, рядовой, — пропустив парня и закрыв люк, Лукас жестом указал на стул. — Садись, Ваги. Расскажи мне о «Хранителе».
— Что, сэр?
— «Хранитель», — было видно, что Ваги копается в своей памяти.
— Это будет новый флагман Дома Защиты.
Ходят слухи, что он будет особенным, и каждый член Коалиции хочет служить на нем.
— Что еще?
— Еще, сэр?
— Что тебе сказал Станник?
— Ничего! Гэд никогда не говорит мне того, что говорит Кии и Лайзу. Меня не приглашают на «семейные» обеды. Я всего лишь инструмент.
— Ты лжешь мне, Ваги? Пытаешься спасти свою задницу? — у майора был жесткий взгляд.
— Нет, сэр. Зачем? Чем Гэд пытается очернить меня? — в его глазах загорелся гнев.
— Он говорил, что ты разглашаешь секретную информацию — информацию о «Хранителе», — майор играл на интуиции.
"
"— Но это ложь! — парень вскочил на ноги, сжимая кулаки. — Я не гребаный предатель. Да, я совершил несколько ошибок, вероятно, заслужил исключение из академии, но я не мог так поступить с отцом. Он многим пожертвовал, так много работал, чтобы мне не пришлось идти в шахты. Я не мог его подвести.
— А если он узнает, что ты делал для Гэда?
Плечи рядового поникли.
— Он будет очень разочарован во мне, — честный взгляд встретился с Лукасом. — Но я никому и никогда не давал сведения ни об одном корабле Коалиции.
Это измена, и если бы я услышал это от Гэда, я бы донес на него, независимо от того, кто его отец!
— А твоя карьера? — бросил вызов майор.
— Есть вещи важнее карьеры. Я всегда могу работать в шахтах.
— В этом нет ничего постыдного.
— Нет, но это тяжелая жизнь, — голос рядового был немного подавленным.
— Это то, где ты хочешь работать, в шахтах?
— Нет. Я хочу служить в Коалиции, всегда хотел.
