Папа думает, что мы что-то от него скрываем. Я и мама.
— Что? Это же смешно!
— Нет, потому что так оно и есть.
— Виктория? — бросив на нее озадаченный взгляд, он ослабил хватку. — Что ты можешь от него скрывать? Он же был там с вами все это время?
— Лукас, он давно не видел маму, по-настоящему не видел.
— Что? Как это возможно?"
"— Не думаю, что это было так уж трудно — вообще не принимать душ, постоянно рядом маленький ребенок, а потом уже повзрослевший Бретт. Они пытались выжить, — поглаживая ее руки, Лукас задумался о том, через что родителям любимой пришлось пройти, чтобы остаться в живых.
Недостаток продовольствия, воды и предметов первой необходимости — все, что многие принимают как должное. — Когда на «Фениксе» я помогала маме принять душ, она нашла предлог удалить папу из ванной.
— Она не хотела, чтобы он увидел ее в таком неприглядном состоянии?
— Да, — Тори подняла на любимого серьезные глаза. — Я понимаю, почему, и не могу винить ее за это.
— Что? Виктория, — Лукас смотрел хмуро.
— Лукас, если бы она позволила ему увидеть себя, когда они были в бункере, что бы он сделал? — ее взгляд был тверд. — Он бы ничего не смог сделать, не пожертвовав Бреттом, а мама этого никогда бы не позволила. Я бы сделала тот же выбор. Она защищала папу от того, что он не мог изменить. Ты бы сделал то же самое, — девушка остановила его, отказываясь принимать какие-либо возражения.
Глубоко вздохнув, Лукас согласно кивнул и прижался своим лбом к ее лбу.
— Я бы так и сделал. Не захотел бы тебя расстраивать.
— Теперь мне нужен твой мужской совет, — он поднял бровь. — Папа знает, что мама от него что-то скрывает. Это действительно так важно прямо сейчас? Что мне делать? Как бы ты себя чувствовал на его месте?
Немного отойдя от Виктории, Лукас попытался поставить себя на место Питера. Мужчина, командующий в бою воинами, зная, что они могут умереть. Мужчина, который был ранен, а затем внезапно оказался в аду со своей беременной женой, думая, что все, кого он любил или знал, мертвы.
Мужчина, вынужденный смотреть, как его спутница жизни и сын медленно умирают от голода, и бессильный что-либо изменить. И когда твоя дочь пришла с незнакомцем «спасать» тебя, она смогла сделать все, что ты ранее не смог.
— Я бы чувствовал себя так, словно подвел тебя, — Лукас повернулся, встретив ее удивленный взгляд. — Что ты отстраняешься, ища кого-то, кто лучше защитит тебя.
— Что? Почему? — Тори даже не пыталась скрыть свое потрясение.
