— Виктория переезжает в твою комнату? — спросил Тар.
— Так и есть.
— Ты сделаешь это официально? — оба мужчины знали, что это защитит ее.
— Да.
— Хорошо. Я подпишу это. А теперь идите, у меня много работы.
— Спасибо, Куинн.
* * *
Всю дорогу по коридорам «Возмездия», Лукас обнимал Викторию. Он жаждал прикоснуться к ней, его волновала близость ее тела, и совсем не беспокоило, что кто-то увидит их и будут вестись всяческие разговоры. Это его женщина, его спутница жизни!
— Лукас, — девушка привлекла его внимание к себе, когда он слишком сильно прижал ее к своему боку.
— Не надо. Не проси меня оставить тебя в покое, — мужчина нахмурился, когда кто-то попытался их остановить. — Я не могу, — войдя в уже их каюту, он закрыл люк и притянул ее к себе, крепко обнимая.
— Ты действительно думала, что я отпущу тебя одну? — он прижал Тори к люку.
— Я совсем не думала об этом. Я не могла. Лукас. О Боже, — прижимаясь к нему, девушка начала дрожать. — Все произошло так быстро. Они живы, Лукас.
Я знаю это так же точно, как то, что ты сейчас обнимаешь меня.
— Шшш… Все будет хорошо, — прошептал Лукас ей в волосы.
— Будет ли? Ты думаешь, твой отец согласится, что риск того стоит? Ведь я солгала дяде, Лукас, — изумрудно-зеленые глаза встретились с фиолетовыми.
— О чем ты солгала? Хватит! Не отстраняйся от меня! — его объятья стали сильнее. — О чем ты солгала?
— Для меня не имеет значения, что он решит, я все равно полечу. На «Фениксе», на «Спасателе» или на «Клинке», но я полечу.
— Виктория…
— Лукас, ты веришь мне, когда я говорю, что ты освободил мою душу, подарив мне свою любовь? — ее глаза умоляли о понимании.
— Да, — прошептал он.
— Тогда поверь, что если я хотя бы не попытаюсь выяснить это, моя душа умрет. Они живы. Я так же уверена в этом, как и в том, что ты любишь меня. И если я опоздаю…"
"— Мы не опоздаем, Виктория. Мы доберемся до Земли, — Лукас думал, что знал, как много значит для нее возможность спасти свою семью, но когда Виктория безвольно обмякла в его объятьях, он осознал, что и понятия не имел насколько.
— Виктория, посмотри на меня, — прошла целая вечность, прежде чем девушка подняла на него переполненные болью глаза, и Лукас открыл ее взору все переполнявшие его чувства: сострадание к ее печали, желание разделить с ней ее надежды и трудности, беззаветную любовь и преданность, — Ты моя, Виктория, а я твой. Ты никогда не пойдешь туда, куда я не смогу пойти. Мы вместе отправимся на Землю.
