Крепко прижимая возлюбленную к себе, он погружался в нее, проникая все глубже.
— Лукас! — вскрикнула девушка.
— Объезди меня, Виктория! — его пальцы вцепились в нее, когда он показал ей, чего хочет.
— Да! — Тори вскрикнула от удовольствия, пока любимый учил ее, как доставить удовольствие им обоим.
* * *
Они лежали на скомканных простынях и нежились в объятиях друг друга, наслаждаясь долгожданной близостью, немного запыхавшиеся, но очень довольные. И тут Лукас вспомнил, с чего начался весь разговор. Ей приснился сон — сон о ее дедушке!
— Виктория, — его рука продолжала ласкать спину Виктории.
— Хм.
— Расскажи о своем сне, — он почувствовал ее напряжение. — Никаких секретов, не между нами. Я не мог помочь, когда был моложе, позволь мне помочь сейчас.
Лежа на его груди, девушка смотрела в глаза своему спутнику жизни и тонула в них. Она никогда не понимала, как Лукасу было больно, когда он не мог помочь ей в ее кошмарах о Светящемся человеке. Как бы она себя чувствовала, если бы он обратился к кому-то другому за утешением?
— Я не знаю, если ли что-что, с чем можно помочь, Лукас.
— Все равно расскажи мне.
— Мне часто снился один сон с тех пор, как мы добрались до Кариниана. Это началось за пару лунных циклов до рождения Кейдена. Этот сон был всегда о моем брате.
— Прости, детка, — мужчина знал, что ей больно из-за потери не рождённого брата.
— Лукас, я знаю его имя, — Тори настороженно посмотрела на него. — Это Бретт.
— Что?
— Я это знаю. Каждый цикл мне снится брат, как он растет, становится старше.
Раньше я думала, что это связано с взрослением Кейдена, но сейчас, сейчас я не знаю, что и думать.
— Почему ты больше не уверена?
— Из-за снов на «Возмездии». Это дедушка Джейкоб. Он все время говорит мне, что я должна спешить. Если я хочу спасти Бретта, то должна помнить.
Ее взгляд умолял о понимании.
— Виктория, я верю тебе, но никто не мог выжить на поверхности Земли. Мы посылали зонд каждый цикл.
— Каждый цикл по два раза. Я случайно услышала, — Лукас покачал головой, не одобряя ее интерес к подслушиванию.
— Дядя Уильям не хотел, чтобы тетя Кэсси знала, ей всегда трудно ждать данные.
— Я знаю. Мы уже говорили об этом. Так ты знаешь, что было в этих данных?
— Да, — её глаза наполнились слезами. — Я знаю, что это бессмысленно, но в глубине души уверена, что брат жив. Дедушка постоянно говорит, что я должна помнить, но я не знаю, что должна помнить, — слезы покатились по ее щекам, а Лукас нежно вытирал их.
— Шшш… Все в порядке.
