Морель устроил эту вечеринку по всем правилам: им дали пообщаться, угостили обедом, а теперь, как и следовало ожидать, им представится возможность потанцевать под бдительными взглядами техасских снайперов с магически усиленными винтовками.
Кальдар поднялся.
— Мои юные лорды, пора танцевать.
Джек закатил глаза.
— А мне обязательно?
— Боюсь, что так, господин.
Джек вздохнул и направился в бальный зал. Джордж последовал за ним.
— Молодость тратится впустую на молодых, — задумчиво произнес Кальдар, но взгляд Фрэнсиса был прикован к Серизе.
— Прошу прощения, — пробормотал он и потрусил к ней.
И вот он был предоставлен самому себе. Кальдар направился в бальный зал.
Он встал у стены и стал наблюдать за сборищем. Из замаскированных громкоговорителей на стенах доносилась музыка. Ритм был бодрым и знакомым. Танцоры танцевали кто во что горазд: кто-то пытался танцевать по обычаям Зачарованного, кто-то вальс Сломанного. Джорджа почти мгновенно увела девушка со слишком большим количеством туши на ресницах и в выпускном платье, которое создавало впечатление, что она больше из Сломанного, чем из Зачарованного.
Как только танец закончился, другая кандидатка, по крайней мере на три года старше, подошла, чтобы привлечь его внимание.
Морелю нужен был двор. Он хотел попробовать жизнь высших слоев общества — голубокровных или тех, кто достиг своего статуса по заслугам, впрочем ему было все равно. У него был прекрасный замок, но средства, с помощью которых он его приобрел, не позволяли ему посещать мероприятия в королевствах.
Поэтому он создал свой собственный двор. Он приглашал своих соседей-разбойников, добавлял несколько привлекательных молодых людей с амбициями и стремлением подняться по социальной лестнице, заманивал лордов и леди Зачарованного мира, а также влиятельных лиц из Сломанного обещаниями прекрасного искусства, которое больше нигде нельзя было купить. Теперь они оценивали друг друга, и Морель с большим удовольствием наблюдал за столкновением культур.
Во всем этом деле была странная смесь экстравагантности и иронического самосознания. Для человека, любящего наблюдать за другими людьми, бальный зал был раем. Кальдар не мог припомнить, когда в последний раз его так развлекали.
Морель тоже наблюдал за гостями, переходя от одной группы к другой, пока наконец не добрался до него. Кальдар поклонился. Барон склонил голову. Мгновение спустя Джордж был отпущен своей последней партнершей по танцу и подошел к ним.
