Разве настоящего мужчину волнует только декольте? Нет, прежде всего его интересует неотъемлемое право носить оружие, верно? А кто угадает, какое нормативное право красовалось у меня на заднице?
Именно оно!
Да, я была грязной девочкой. И потому не собиралась извиняться.
— Почему здесь нет ничего, кроме постеров? — спросила я у Райана.
— Брюс не позволил. Он сказал, что и так пошел на огромные уступки, разрешив нам провести в его здании эту «нелепую вечеринку». Пришлось согласиться и оставить его вестибюль «неиспорченным».
Но я не смог стерпеть подобного пренебрежения и бросил на сиденье его унитаза несколько фальшивых пауков, а затем помог Уильяму заминировать его офис.
Лилит остановилась как вкопанная.
— Вы, ребятки, заминировали офис Брюса? — она на несколько секунд зависла, а затем на ее лице отразилось нечто, напоминающее оскал киборга.
* * *
Пока мы добирались до лифтов, Лилит затерялась где-то в толпе.
Хорошо хоть Райан каким-то чудом умудрился остаться рядом.
— Может, нам подождать ее? — спросил он.
— Нет. Она бы все равно нас вскоре бросила.
Пока я разрабатывала план сражения с непреодолимым потоком людей, он вытолкнул нас к лифту.
Принимая приглашение Райана на эту вечеринку, я прекрасно понимала, что с его стороны это могло быть лишь элементарной вежливостью. Весьма вероятно, он бы даже не стал искать меня в этой толпе. Но мои предположения оказались в корне неверными. Райан заявился ко мне домой, чтобы подвезти до «Галлеона», а теперь вел себя так, словно собирался быть рядом до самого конца.
Рациональная часть моего мозга предупреждающе мигала сигнальными огнями. Зато женская суть, небрежно потягивая мартини из хрустального бокала, крутила в предвкушении бюстгальтер на кончике пальца.
Музыку стало слышно, как только мы вошли в лифт. Он довез нас до верхнего этажа, и на выходе мы оказались зажатыми между мужчиной-вампиром и женщиной-суккубом… ну, или точнее, дамой в неглиже, только с хвостом и крыльями. Затрудняюсь сказать, в чем разница.
Когда мы попали в помещение, где проходила вечеринка, у меня от восхищения замерло сердце. С потолка — высотой не менее четырех-пяти этажей — свисали не прекращавшие раскачиваться и размахивать конечностями гигантские чудовища. Среди них был и созданный мной призрак. По полу невесомой дымкой стелился туман. Поднимаясь вверх и клубясь, он превращался в завесу из маленьких дымчатых завитушек, сквозь которую, казалось, норовил прорваться мой призрак.
