— Ген сарказма от матери, я вижу, тебе достался.
— Я посчитаю это комплиментом. Но да, мы с Кейсом расстались, мы не собираемся снова сходиться, и это все, что я собираюсь сказать по этому поводу.
— Так, значит, теперь ты в игре?
— Думаю, я бы не стала так формулировать, но да.
Черты лица Дина сморщиваются от смирения.
— Черт возьми. Я действительно не хотел, чтобы до этого дошло.
— Что это значит? — Подозрительно спрашиваю я.
Я мгновенно настораживаюсь. Для группы взрослых мужчин, друзья моего отца способны на выходки, которых я никогда не ожидаю.
Он тянется к почтальонской сумке, стоящей рядом с ним на диванчике. Когда я впервые увидела ее, я поддразнила его за то, что он носит мужскую сумочку. Но, думаю, она нужна ему для работы. Дин тренирует женскую команду Йельского университета, что, я полагаю, делает его врагом, но не совсем, поскольку они не участвуют в нашем соперничестве. Однако, если мы будем играть с ними в финале, пусть поберегутся. Дядя он или нет, но я с радостью уничтожу его девочек.
— Вот, — говорит он.
Я чуть не выплевываю свой кофе, когда он кладет на стол упаковку с презервативами.
Нет, не просто упаковку.
Очень большую внушительную коробку, с ошеломляющими пятьюдесятью презервативами.
— Что это, черт возьми, такое? — Я вскрикиваю. — О Боже мой.
— Я не могу допустить, чтобы ты вела себя безответственно теперь, когда ты одна. Лучше перестраховаться, чем потом сожалеть, Джиджи.
— Как ты думаешь, сколько у меня секса? Нет, подожди... — Я поднимаю указательный палец, мой тон суров.
— Не смей отвечать на этот вопрос.
Дин фыркает.
— Просто говорю... Я помню колледж. Отчетливо. Все эти гормоны. Вечеринки. Я хочу, чтобы ты была в безопасности, хорошо? И не говори своим родителям, что я тебе это дал.
— О, поверь мне, я никогда не заговорю об этом.
— Кроме того, — продолжает он, отрезая вилкой кусочек орехового пирога с орехами пекан, — прежде чем связываться с каким-нибудь чуваком, убедись, что он не шлюха компании. И если это так, пусть он проверится.
Потому что в каждой компании всегда есть один распутный парень.
Я уже жалею о том, что собираюсь спросить, но любопытство побеждает.
— Кто был шлюхой в твоей?
— Такер, — последовал мгновенный ответ.
Я делаю еще глоток из своей кофейной кружки, глядя на него поверх края.
— Такер, — с сомнением повторяю я.
— Конечно. — Дин невинно моргает. — Чувак обрюхатил женщину за один перепихон. Более неразборчивым в связях просто нельзя быть.
