Если я хочу попасть в профессиональный спорт и добиться там успеха, я не могу целоваться с какой-то девушкой, пока остальные мои товарищи по команде разогреваются перед тренировкой.
— Спасибо, что подвезла, — натянуто говорю я. — Теперь слезай.
Ладно, это было жестоко.
Но последняя ниточка моего терпения лопнула, как дешевая резинка. Сначала она поменяла мне будильник, а теперь не дает выйти из машины?
Я официально закончил.
Мне удается открыть дверь и выбраться из-под нее. Я выпрыгиваю, бросаясь вперед, как раз в тот момент, когда мое боковое зрение улавливает еще одну вспышку движения.
На секунду мне кажется, что это Карма выходит из машины, но я запинаюсь, когда замечаю, как мужчина щелкает брелоком, запирая черный Range Rover на два места дальше.
Это Гаррет Грэхем.
На мгновение я теряю дар речи и не двигаюсь. Стою на месте, а легенда хоккея направляется прямиком ко мне с термокружкой в руке. Я не видел его со времен хоккейного лагеря, в который попал еще подростком.
Он бросает взгляд на красный хэтчбек, за рулем которого все еще сидит Карма.
Затем хмуро смотрит на меня, и я без сомнения знаю, что он видел ее у меня на коленях.
Блядь.
Блядь блядь блядь.
Может ли этот день стать еще хуже?
— Утренняя раскатка начинается в девять, не так ли, мистер Райдер?
Да, определенно может.
— Я знаю. Я опаздываю. У меня были проблемы с машиной. — Я морщусь, когда оправдание слетает с моих губ.
— Выглядит именно как серьезная проблема с машиной, — говорит Гаррет резким тоном.
Его хмурый вид никуда не девается.
Он равняется со мной по дороге ко входу.
— Моя машина сломалась возле дома, — объясняю я, словно отчаянно пытаюсь заслужить его одобрение. — Так что пришлось просить меня подвезти. Но мой водитель не посчитала нужным привезти меня вовремя.
— На самом деле, это не ее проблемы, не так ли? — Приподняв бровь, он входит через парадную дверь.
Я сдаюсь.
Во время моей бешеной пробежки по коридору я задаюсь вопросом, что Грэхем вообще здесь делает. Может быть, он пришел повидаться со своей дочерью.
Пустая раздевалка — это упрек. Пощечина. Я с трудом выношу себя, когда снимаю одежду, надеваю накладки и тренировочную форму. Все остальные на льду, где и должны быть. А я здесь, как гребаный идиот. Все потому, что я хотел потрахаться прошлой ночью. У меня уже есть мишень на спине. От Дженсена, от Колсона и его парней, от НХЛ. И теперь мой кумир считает, что я не смогу прийти на тренировку вовремя.
К черту мою жизнь.
