Салли был миниатюрным азиатом, который одевался как женщина, честно говоря, я действительно считала его женщиной, пока однажды леггинсы из спандекса не показали некое непропорционально большое доказательство его принадлежности к мужскому полу. Иногда я думала о Салли, как о нём, в другое время как о ней. Но по-сути это не имело никакого значения, потому что к тому времени, как «все» выяснилось, я уже влюбилась в неё как в человека, и то, к какому полу она принадлежала не играло для меня роли. Салли никогда не была замужем, у неё не было детей и она чересчур усердно опекала меня.
Каждый раз, когда в бар входил парень, я поворачивалась к ней и шутя спрашивала:
— Что скажешь насчёт этого?
Ответ всегда был одним и тем же:
— Недостаточно хорош для моей Греты… но я бы его… сделала.
И мы вдвоём смеялись от души.
Я не решалась рассказывать Салли об Элеке, потому как всерьёз опасалась, что она выследит его и надерёт задницу. И вот в одну из пятниц, после изрядного количества выпитых «Маргарит», я наконец-то выдала ей всю историю от начала до конца.
— Теперь мне всё понятно, — ответила Салли.
— Что понятно?
— Почему каждый вечер пятницы ты проводишь здесь со мной вместо того, чтобы ходить на свидания с каким-нибудь мужчиной. И почему ты так и не смогла никому открыть своё сердце; оно принадлежит другому.
— Принадлежало. Сейчас оно просто разбито. Как мне излечить его?
— Иногда, это не в наших силах."
"Салли о чём-то задумалась, и я предположила, что ее слова основаны на собственном опыте.
— Хитрость заключается в том, чтобы заставить себя открыть его, несмотря на хреновое состояние. Даже разбитое сердце всё ещё бьётся. И вокруг есть множество мужчин, которые, уверена, были бы счастливы попытаться вылечить твоё, если ты им позволишь. Но одно я могу сказать тебе точно, — добавила Салли.
— Что?
— Этот… Алек?
— Элек… через «Э».
— Элек. Ему повезло, что я не летаю на самолётах. Иначе бы поджарила его яйца.
— Я знала, что ты так отреагируешь.
Поэтому и боялась рассказывать.
— И уж не знаю, кто такая эта Келси…
— Челси…
— Неважно. Она не может быть лучше, чем моя Грета, не может быть красивее или иметь такое же доброе сердце. Он идиот.
— Спасибо тебе.
— Когда-нибудь он поймёт, что совершил ужасную ошибку. Он появится здесь, но тебя уже и след простынет, а единственной встречающей его сучкой буду я.
* * *В те выходные, я впервые почувствовала себя лучше с момента отъезда Элека.
