Пояснив, что в данный момент ничем особо важным он не занят, комендант предложил прямо сейчас подняться в квартиру Горбылина и хотя бы визуально оценить саму вероятность существования в ее стенах каких-то объектов, предназначенных для хранения тайн и секретов. Они поднялись на третий этаж, Еринцов открыл дверь, и они снова вошли в настороженно-напряженную тишину опустевшей квартиры. Гуров несколько раз обошел обе комнаты и ванную с туалетом, тщательно осмотрел прихожую, простучав те или иные участки стен и паркета.
Проверил все шкафы и буфеты. Однако ничего, что хотя бы намекало на наличие тайника, не обнаружил.
Выйдя на крыльцо, Лев огляделся и увидел Крячко, который вместе с охранником ходил по задворкам зданий, среди каштанов, магнолий, кипарисов и туи, что-то высматривая у высокой каменной стены, огораживающей тыл территории посольства. Он направился к ним. Когда Гуров подошел к Стасу, тот, что-то сердито бурча, пинал земляной бугорок у корней большого каштана.
– …Японский городовой! Где ж он мог его спрятать, паразит?! Тут можно месяц все перекапывать, и хрен что найдешь! А, Лева… Ну, что там у тебя? – ворчливо спросил он, принимаясь за другой холмик.
– Ноль… – ответил Лев.
Последний раз пнув рыхлую землю, Крячко сердито плюнул и окликнул охранника – крупного, мосластого парня с короткой стрижкой, который, низко пригнувшись, ходил между туями:
– Боря, хорош! По-моему, тут нет ничего. Что зря корячиться?
– А тут, что, кто-то видел Горбылина? – Гуров с интересом посмотрел в сторону охранника, который, направляясь к ним, как и Стас, продолжал взрывать носками берцев все приметные бугорки.
– Да, вот, Борис видел его месяц назад под этими деревьями с лопатой. Он, вроде того, решил отвести душу и поухаживать за зелеными насаждениями. Но пороху у него хватило только на три дерева. Их кое-как окопал и ушел.
Лев укоризненно покачал головой и, сокрушаясь, сказал:
– Стас! Ты меня внимательно слушал? Идол был похищен полторы недели назад! Чего уж тут искать-то? – он слегка толкнул приятеля в плечо.
– И сам попусту морочился, и парня зря гонял.
Но Борис, подойдя к ним, проговорил."
"– Да, ничего, Лев Иванович! Я не переломился. Мне вообще интересно, когда есть какие-то там тайны, клады, всякие загадки и головоломки, – признался он с нотками мечтательности в голосе. – Я еще когда учился в школе, так со своими друзьями в поселке всю округу перекопал. Сами себе клады придумывали, сами их и искали… И, знаете, иногда кое-что находили.
