– Но хватит обо мне. Ты пришел, чтобы узнать об истинном пути развития и я готов тебя ему обучить.
Мудрец выставил вперед указательный палец и еще до того, как Хаджар успел среагировать, его разум пронзила вспышка. Он внезапно увидел себя парящем над Рекой Мира. Она пронзала все сущее. Всю материю, все эфемерные реальности, такие как душа, пространство или время. Она была воистину вездесуща.
И внезапно Хаджар понял, что все это время он использовал даруемую энергию лишь для того, чтобы её поглощать. Но ведь если Река Мира пронзала все сущее, то она пронзала и его самого.
И вместо того, чтобы поглощать и использовать “изнутри”, он мог “управлять” ей снаружи.
Хаджар взмахнул рукой, пытаясь сформировать перед собой поток ветра, но тут же испытал столь дикую боль, что мгновенно потерял сознание.
В чувства он пришел лишь спустя пять минут.
– Так я и думал, – кивнул Рахаим. – еще когда я впервые лично тебя увидел – здесь, в Яме, то почувствовал некий дисбаланс в твоем теле. Не знаю, когда это случилось и почему, но твоя душа, Хаджар, она не целостна.
А тот факт, что ты стал истинным адептом до того, как получил знание об истинном пути, лишь усугубило эту не целостность. Боюсь, ты не способен использовать истинный путь развития.
– Истинный, – фыркнул Хаджар, потирая ушибленный затылок. – К Высокому Небу его истинность!
– Я понимаю твой скепсис, – улыбнулся Мудрец. – Те, кто начинают путем внутренней энергии, всегда внешне сильнее тех, кто использует внешнюю. Но, скажу тебе так, лишь тот, кто сольет воедино две энергии, объединив в себе оба пути, только тот достигает ступени Повелителя.
Именно поэтому она так и называется. Ибо мы, Повелители, не берем взаймы, а управляем.
Хаджара не то чтобы молния пронзила, но, все же, новость его задела. Да, сейчас для него ступень Повелителя казалась недосягаемой вершиной, но в глубине души он надеялся, что однажды сможет…
– Но не стоит отчаиваться, – Мудрец взял в урки палку и кувшин. Он налил воды на песок, а затем прочертил от неё извилистую тропинку.
– порой тот, кто ижет по новому пути, приходит к цели раньше, чем тот, кто следует протоптанному маршруту, – и он сделал второй взмах, вычерчивая прямую линию, по которой вода добралась до цели намного раньше, нежели по извилистой.
– Что ты хочешь этим сказать, Рахаим?
– То, что в этом мире нет ни одной легенды, а, поверь мне, я знаю их больше, чем многие, но даже так… Нет ни одной легенды, которая рассказала бы о человеке, с неполной душой.
