Клей обладал не только обездвиживающим свойством, но и какой-то странной способностью впитывать энергию. Стоило только попытаться освободиться с её помощью, как субстанция начинала светиться и сила буквально вытекала из тела и Ядра практикующих.
Жуткая темница. Намного более страшная, нежели простой рабски ошейник с отравленным шипом. Он, хотя бы, был понятен и даже в чем-то знаком.
– Хаджар, – произнес Эйнен.
Не то чтобы, спустя еще две недели, ему хотелось общаться, просто губы и язык – единственные мускулы, которыми они могли пользоваться.
Тут, хочешь не хочешь, а начнешь диалог.
– Все еще здесь и никуда не ушел, – попытался пошутить Хаджар.
За это время их ни разу никто не навестил. Даже та Рыжая, явно питавшая не самые светлые чувства к Хаджару – и она игнорировала их присутствие. Что удивительно, еды им не требовалось. Видимо, перерабатывая энергию, клей каким-то странным образом подпитывал своих пленников.
Во всяком случае, Хаджару хотелось верить, что перерабатывал он именно её, а не непонятно откуда берущиеся в кишечнике экскременты…
– Что ты такого съел, когда на нас напал дракон?
Хаджар ждал этого вопроса.
Удивительно, что Эйнен решил его задать только сейчас. Спустя едва ли не полтора месяца их заточения… Ну ладно, в первые три недели он бы не особо дождался вразумительного ответа.
Некоторое время Хаджар размышлял, ответить ему честно или нет. После Неро, Эйнен стал первым, кого он бы, с большой натяжкой, мог назвать другом. Они так же бились плечом к плечу, прикрывали друг другу спину, но что-то в их отношениях было иначе.
Отсутствовала та искренняя безбашенность и готовность ринуться за товарищем хоть в бездну, хоть на плаху.
– Тело феи, – прозвучал, наконец, ответ.
После секундной тишины, Эйнен спросил:
– Чего? Что еще за фея?
Теперь пришел черед Хаджара помолчать.
– В смысле – что еще за фея?
– В самом прямом, Северянин. Что такое фея? Тайный эликсир твоей королевской семья? Мистическое снадобье? Артефакт?
– Если подумать, то это действительно тянет на шутку, Эйнен.
Но, признаться, твоя прошлая, на тему говорящих летучих мышей, была получше.
Хаджар услышал бульканье. Такое уже было, когда они ругались и Эйнен пытался освободиться из оков клея, чтобы придушить варвара.
– Будь у меня возможность, я бы вызвал тебя на дуэль, – рычал островитянин, продолжая “булькать”.
Хаджар скептически изогнул правую бровь. Увы, этот его жест оценила разве что пролетавшая мимо летучая мышь.
