И как бы ни был крепок шелк с островов – он уже начинал потихоньку трещать. Расплетались и рвались нити. Рывками два друга опускались все ниже и ниже к пропасти.
Когда очередные челюсти клацнули настолько близко, что Хаджару, чтобы не лишится ступней, пришлось подогнуть колени, их все же начали поднимать. Сперва медленно, но мере учащение треска шелка, все быстрее и резче.
Первым на каменном балконе оказался Эйнен. Он, перегнувшись, схватил Хаджара за шиворот и буквально выдернул его наверх.
Раскинув руки в попытках обнять холодный камень, Хаджар нервно засмеялся.
Рядом сидел Эйнен. Он заматывал местами разорванный пояс.
– Видят Вечерние Звезды, – тяжело дышал Глен. – эта ловушка занимает первое место в моем личном рейтинге.
– А мне больше понравился водопад кислоты, – с этими словами Кариса похлопала себя по корману, где лежала небольшая склянка, до краев заполненная этой самой кислотой.
Последние … никто уже не знал сколько часов, отряд только и делал что выырвался из цепких лап смерти в комнате с ловушками, лишь за тем, чтобы попасть в другую, еще более смертоносную.
Подобные приключения не прошли для них даром. Оборванные, местами окровавленные, забинтованные, покрытые синяками и ссадинами. И,е сли честно, то у многих уже сдавали нервы."
"Тилис за последние три комнаты не произнесла ни слова, что для неё нонсенс. Глен все реже шутил и все чаще хмурился в сторону Хаджара с Эйненом. Рамухан не убирал светящегося жезла.
Последняя комната с мостом и ящерами обернулась для них настоящим кошмаром.
Им встречались места, в которых приходилось решать сложные головоломки, стоя при этом по грудь во все прибывающей воде.
Иногда они проходили лабиринты, полные самых разнообразных “маленьких” ловушек. Порой они прыгали через пропасти, кишащие разными тварями или кипящей лавой, смолой, кислотой – на любой вкус.
Но вот последняя комната стала квинтэссенцией, буквально выжимкой из предыдущего пути. Сперва им, уворачиваясь от огненных сгустков, пришлось решить головоломку.
Из разных кусков камня сложить огромные иероглиф и поместить его в нужный паз. Справились они с этим только благодаря Эйнену. Островитянин, что твоя обезьяна, носился по всей комнате и отбивал огненные сгустки. Те расплескивались жидким пламенем, поджигая воду, которая все пребывала и пребывала.
Её, обливаясь потом, превращала в лед Тилис. Она еле справлялась со все увеличивающимся количеством жидкости и растущим жаром.
