– Тогда что мне мешает тебя убить?
– А что это изменит? – будничным тоном, вопросом на вопрос ответил старик. – ошейники с вас не снимут. Освободить – не освободят. Можешь хоть сейчас вскрыть мне глотку – твоя судьбы от этого никак не изменится.
Эйнен смерил высокомерного юношу столь надменным взглядом, что тот даже поперхнулся. Все же, умел островитянин, показать кто здесь кто.
– Тогда у нас патовая ситуация, – сказал он, пальцами проверяя насколько глубоко рассек лоб.
– Нет никакого пата, чужаки, – Хаджар не видел, но Салиф наверняка закатил глаза.
– я сейчас-то с вами разговариваю просто потому, что давно уже не видел такого любопытного материала. Оба – Наследники. Попали сюда из пространственного разлома. У одного из вас сразу два амулета Мудреца. Видят Вечерние Звезды, услышь я подобное от кого другого – не поверил бы.
– Тогда что ты предлагаешь.
– Предлагаю вам опустить оружие и идти со мной дальше. Навстречу вашей судьбе. Во всяком случае той, которую вы выберете.
– Демоны и Боги! – не сдержался Хаджар, благо Лидусский из присутствующих никто не понимал.
– да что это значит – “какую выберете”?!
Салиф, сам себе расцарапывая шею о каменную иглу, повернулся к Хаджару. Настолько сильно, насколько позволяла физиология его шеи.
– Пойдем и узнаешь.
Некоторое время Хаджар раздумывал. Островитянин занял выжидательную позицию. Он и сам прекрасно понимал, что затея с побегом изначально была обречено на успех. Но, к ак уже было сказано – надежда, для пленников, это все… и даже больше.
– Одно условие.
– Условие? – смех Салифа больше напоминал шелест дешевой бумаги. – ну, давай, свое условие.
– Пусть этот, – Хаджар кивнул на высокомерного мальчишку. – ударит себя дубинкой по голове.
– Да что ты се…
Договорить сорванцу не дал властный взгляд старика. Даже будучи в заложниках он полностью контролировал своих подчиненных. Внушало уважение.
– Он тебе не простит, – прошептал Салиф так, чтобы слышал только Хаджар.
– Пускай.
Еще пара секунд на размышления, а потом столь же властный взмах рукой.
Сорванец некоторое время по-возмущался, но это никак не повлияло на решение Салифа.
– Проклянут меня Вечерние Звезды, если я, однажды, не прикончу вас обоих, – с этими словами мальчишка размахнулся и впечатал дубинку себе в нос и губы.
Кровь плеснула ничуть не хуже, чем у Эйнена минутой ранее.
Как и было уговорено, Хаджар убрал иглу. В ту же секунду Салиф отшатнулся и вытащил заткнутую за пояс плетку.
