Вероятно, по этой причине одна из ведущих некоммерческих организаций, занимающихся проблемами психического здоровья подростков, Институт детского разума, предоставляет онлайновую ""программу проверки симптомов"" специально для того, чтобы помочь родителям или учителям узнать о ""возможных диагнозах"".
Мне стало интересно, что еще делают школы во имя улучшения ""психического здоровья"" детей. Мне повезло. Каждый год штат Калифорния организует трехдневную конференцию учителей государственных школ, на которой демонстрируется огромный спектр услуг в области эмоционального и поведенческого здоровья.
Я сразу же зарегистрировалась.
Именно так в июле 2022 года я присоединилась к более чем двум тысячам учителей государственных школ в конференц-центре Анахайма, расположенном прямо рядом с Диснейлендом. Татуировки на лодыжках подмигивали над свежим педикюром, кардиганы Anne Taylor были в изобилии, а ирокез изредка рассекал воздух в помещении, достаточно прохладный, чтобы хрустеть сельдереем.
Мы говорили о ""науке о мозге"" на основе видеоролика, который многие из нас видели на YouTube. В нем объяснялось, что мозг похож на руку, где большой палец сложен в ладонь. ""Наша миндалина очень важна в серьезных ситуациях"", - говорил голос за кадром. Это звучало правильно. Мы почувствовали себя нейробиологами.
Мы сетовали на то, что школьные консультанты теперь стали частью расширенного штата психологов, которые следят за каждой государственной школой так же, как сотрудники по вопросам разнообразия в университете.
Мы с опаской относились к этим новым начальникам, но вынуждены были признать, что им предстоит большая работа. Наши дети были ненормальными. (Консультанты теперь регулярно следили за социально-эмоциональным качеством нашего преподавания, выявляли эмоциональные нарушения у наших учеников и решали, какие задания следует исключить или какие оценки скорректировать в сторону повышения."
"Мы говорили о необходимости делать детям ""перерывы в работе мозга"", о спасительной силе ""Минуты осознанности"" и о том, как важно заканчивать каждый день ""оптимистичным завершением"".
В нашей компетенции был ""весь ребенок"", то есть мы должны были оценивать и отслеживать ""социальные и эмоциональные"" способности детей в дополнение к академическим. Наш мандат: ""образование с учетом травм"". Мы обязались относиться к каждому ребенку так, как будто он пережил какую-то изнурительную травму.
