Я закрыла глаза, чувствуя, как его член скользит внутри меня, и когда он толкнулся снова, я ахнула.
— Что за нахер? — пропищал он в мое ухо, отскочив от меня. Мы оба уставились на его член покрытый моей кровью. — Ты… ты девственница? — Его голос был хриплым, а в глазах читалось большое удивление.
Закусив свою губу и пытаясь скрыть слезы, я кивнула.
— Милая, почему ты мне не сказала? — проревел он. — Боже, а я-то думал… все эти парни всегда ошивались возле тебя, словно ты была их сукой… блядь. Блядь. Ты в порядке?
Беспокойство на его лице, было не передать словами.
Он выглядел так, словно его ударили битой.
— Я не знал, пчелка. Мне так чертовски жаль.
— Прекрати. Я хочу этого. Если кому и досталась бы эта девственность, то только… — я тут же одернула себя и притянула его ближе. — Просто заверши начатое. Сделай это уже.
В его глазах полыхал огонь
— Ты уверенна в этом?
— Да, я же твоя шлюха, помнишь? Трахни меня, Оливер. Давай же.
— Блядь, пчелка, ты меня просто убиваешь. Боже, ты даже понятия не имеешь, как ты меня убиваешь.
Он поднял меня и бережно принес меня в свою комнату, словно я была какой-то хрупкой вещицей. Уложив меня на кровать, он навис надо мной, а его твердый член упирался в меня.
Дрожа, я развела ноги в стороны, открывая ему путь к моей киске. Он наклонился и нежно поцеловал меня, пока медленно водил в меня свой член. Он так бережно это делал, чтобы не причинить мне никакой боли, я думала что взорвусь, пока он трахнет меня."
"— Оливер, просто трахни меня уже, — заскулила я от отчаянья, чувствуя как его член скользит внутри меня.
Слезы бежали по моим щекам. Впервые в своей жизни я чувствовала себя принадлежащей кому-то.
— Мая, только не плачь, умоляю.
— Это слезы счастья. Девушки иногда плачут, если им грустно или они счастливы.
— Ну, тогда позволь мне сделать тебя еще счастливее, — ответил он, когда начал толкаться внутри меня, увеличивая ритм и скорость.
Я принадлежала Оливеру. И я сделаю все, что он захочет.
Я больше ничего не хотела, кроме как принадлежать ему.
Если он так хочет, то я буду его личной шлюхой. Лично его шлюхой. Не имело никакого значения, как он будет называть меня, до тех пор, пока он будет давать мне то, в чем я так нуждалась. Отдавать мне себя полностью.
Глава 24
Оливер
Я медленно выбрался из ее объятий, кровь на моих простынях означает, что она принадлежит полностью мне. Все эти годы, только одна мысль о том, что парни погружали свои члены в нее, сводила меня с ума.
