Это просто сломает этого мужчину, когда он узнает, что его дочь хотела умереть также как и её мать. Дрожа, я потерла кулаком в области своего сердца, чтобы облегчить эту саднящую боль.
— Это все ошибка. Я никогда больше не буду такого делать. Пожалуйста, не рассказывай папе.
Я поерзала на месте, готовясь ко всему, что мне скажут. Но мне не избежать секса с моим сводным братом. Я просто не могу этого сделать. Человек, который связал мне руки, я просто не понимаю его. Секс с ним — это разрушение меня.
Его голос был охрипшим.
— Ты умоляешь. Хорошо, мне это нравиться.
— Да, я умоляю. Пожалуйста, я не хочу секса с тобой. Прошу тебя. Пожалуйста, не заставляй меня ложится под тебя, — своим подбородком я уперлась себе в грудь. Внезапно на меня накатила такая усталость, боже как же я устала от всего этого. Мне просто хотелось свернуться калачиком и заснуть хотя бы лет на сто.
— Мне, конечно, жаль, но тебе придется сделать это. Довольно долго я мечтал прикоснуться к твоему маленькому телу. Ты всегда дразнила меня своими откровенными нарядами, флиртовала с моими друзьями при мне, блядь, ты касалась себя, пока я наблюдал за тобой.
Ты же понимаешь, что тупо провоцировала меня, потому что я не мог тебя коснуться. — Резкость в его голосе, заставила меня содрогнуться, как оказалось, правда, таилась на поверхности. — Теперь ты полностью принадлежишь мне, вряд ли у тебя получиться, хоть что-то изменить. Я спас твою никчемную жизнь — и теперь она принадлежит мне. Ты сделаешь все, о чем я тебя попрошу, маленькая пчелка.
Просто знай. Я никогда не отпущу тебя.
Ошеломленная его словами, я резко подняла голову. Он был серьезен насчет своих слов. И в итоге я буду трахаться с ним. Оливер всегда получает то, что хочет, и сейчас он хочет меня.
Зачем ему все это? Я не знаю ответа, на этот вопрос.
Игрушка для его личных утех? Но ведь существует много девушек, которые хотели бы оказаться в его кровати, у него никогда не было с этим проблем. И у него всегда под рукой была Бьянка.
Она всегда была готова ублажать его, прыгая перед ним, как собачонка на задних лапках. Боже, эта кровать, стучащая каждый раз о мою стену, всегда, когда он ее трахал.
И все это по той причине, что он хотел причинить мне боль? Хуже этого уже не могло быть. Он просто ждал все это время потому, что пока я была ребенком, он просто не мог меня касаться. Так он всегда напоминал себе об этом.
— Зачем, Оливер? Это большая ошибка.
Он смотрел на меня достаточно долго.
