Мая стояла здесь и скалила мне зубы, словно ждала, что я ее поглажу по голове как щеночка.
— Я нарвала цветов в саду и поставила их в твоей комнате. Я так рада видеть тебя и рада, что ты пробудешь здесь несколько недель. Возможно, мы могли бы стать друзьями? — сказала она, все так же сияя.
Мой желудок скрутило. Иисус, этот любвеобильный семейный праздник сделает из меня больного. Я не хочу участвовать в этом.
До того, как я юридически стану взрослым и смогу сам о себе позаботиться, я ничего не могу поделать с возвращением сюда.
До тех пор у меня была только ухмылка и адское терпение, для всего этого — моим правилом было молчать, пока не стукнет мой восемнадцатый день рождения. Это будут мои самые долгие и невеселые два года жизни.
— Привет, Оливер, — сказал отчим, в уголках его глаз виднелись морщины. Я посмотрел в сторону, игнорируя протянутую руку этого старика, и быстро обнял свою мать, затем отпустив ее, направился к таможне, чтобы забрать свой багаж.
Пятнадцать минут спустя, я уже смотрел в окно автомобиля, мы направлялись в новый дом моей матери.
Малышка молча сидела рядом со мной, ее взгляд пьянил меня. Я был рад, что эта счастливая семейная болтовня наконец-то прекратилась, моя голова болела от их трепни.
«Че ты уставилась на меня?» — зарычал я про себя, меня раздражало то, что она заставляла чувствовать — словно ее глаза видели меня насквозь. Ей было двенадцать, а выглядела почти, что на двадцать.
Опустив голову, она закусила нижнюю губу, изучая свои ногти.
У нее были очень изящные руки с такими же изящными пальчиками. Она подняла свои брови, а ее рот приоткрылся. Ей было больно, но блядь, почему меня это должно заботить? Я все равно скоро уеду.
Моя мать и ее новый муж, пытались увлечь меня в разговор, пока мы ехали к месту назначения, но они быстро отстали, когда я отвечал только «да» или «нет». Мама тяжко вздохнула и положила свою руку на колено этого козла. Он сжал ее руку и, повернув к ней голову, улыбнулся.
— Эй, старик, следи за дорогой, — после того как мой отец умер в автомобильной катастрофе, которая произошла не так далеко отсюда, я терпеть не мог, когда люди не следили за дорогой.
— Все в порядке, милый, Алек хорошо водит. Он еще более осторожен, нежели твой отец. Он благополучно довезет нас домой.
Этот ответ заставил мою кровь вскипеть. — Почему ты говоришь об этом дерьме, вмешивая моего отца?
— Прости. Я не имела это в виду, — сказала она, поерзав на сиденье.
