Ей понадобилось некоторое время, чтобы приоткрыть губы.
— Пожалуйста... можно мне помыться?
То, как она говорит «пожалуйста», вызывает у меня мурашки по всему телу. Это будоражит.
— Я не совсем правильно расслышал, — отвечаю, наклоняя голову.
Она закатывает глаза.
— Пожалуйста, теперь я могу принять душ?
— Хмм... — Иду к ней, наклоняясь, чтобы приподнять ей подбородок. Ремень заставляет Ванессу хватать воздух ртом. — Скажи это снова, — шепчу я, прижимая ухо к ее губам.
— Пожалуйста... — задыхается она.
— Ты хочешь принять душ? — спрашиваю, сужая глаза. — А с чего ты решила, что я вообще тебе позволю?
Ванесса закашливается, явно борясь.
— Потому что... ты добрый.
— Я? Добрый? — вторю я.
Она кивает, все еще дрожа, но мне хорошо видно ее притворство.
Дело не в мытье.
И не в моей доброте.
Речь о том, как она пытается манипулировать мной, делая то, что она хочет. Даже сейчас, после необузданного траха, Ванесса все еще пытается устроить шоу.
Хмурюсь, глядя ей в глаза. Жгучее чувство кипит глубоко внутри меня, подпитывая огнем мою черную душу.
— Я заставлю тебя пожелать о твоих словах.
Через несколько минут я открываю дверцу, отстегиваю поводок и вытаскиваю ее изнуренное обнаженное тело из клетки. Утягивая ее за ремень, я ворчу:
— Ты пойдешь со мной.
Глава 17
Ванесса
Феникс тащит меня через весь чердак за ремень, останавливается на полпути, чтобы выхватить что-то из своей сумки.
— Вот теперь ты перешагнула черту, Принцесса, — рычит он.
— Стой! — из меня рвется булькающий звук, когда натягивается ремень на шее.
Он затягивается вокруг моей кожи, удушая до такой степени, что становится невозможно говорить. Феникс так грубо тянет за него, что, боюсь, я потеряю сознание, если не избавлюсь от этой штуковины в ближайшее время, поэтому впиваюсь в кожу ремня ногтями, пока под ними не появляется кровь.
— От сопротивления будет только хуже, — говорит он, открывая дверь.
Прямо перед лестницей парень поднимает меня с пола, перебрасывая через плечо, и я колочу кулаками ему по спине.
— Опусти меня! — кричу я, ударяя его со всей силы.
— Ни малейшего шанса, сладкие щечки, — отвечает Феникс, спускаясь на один лестничный пролет."
"Вот тогда я слышу крики, доносящиеся из кладовки в коридоре.
— Пейдж? — кричу я.
Ассистентка визжит, но что-то мешает ей говорить. Что-то заглушает ее голос. Он, должно быть, засунул кляп ей в рот.
— Заткнись, — рычит Феникс.
— Пейдж! Ты запер ее в чертовой кладовке! — кричу я.
