— Но я никогда не отрицал, что я — кусок дерьма.
— Правда. Ты действительно кусок дерьма.
Я вынимаю нож из кармана и помахиваю им.
— Только потому, что я говорю так, не значит, что тебе тоже можно, так что прикуси язык.
— А то что? Тебе полегчает от того, что ты продолжишь издеваться надо мной? — кричит она мне в лицо. — Не важно, произнесу я это вслух или нет. Ты по-прежнему будешь куском дерьма.
— Да, что ж, этот гребаный кусок дерьма удерживает в заложниках твою ассистентку, и если ты хочешь сохранить ей жизнь, тебе лучше делать то, что он говорит.
Ванесса ахает.
— Она жива?
— Эй, я, может, и киллер, но не тупой. Я вижу козырь, когда он появляется.
— Да уж, точно, — она закатывает глаза, но я знаю, что прав.
— Кроме того, я не могу отпустить ее.
— Но ты не собираешься причинять ей боль? Так ведь? — Ее голос звучит громче, как будто она пытается заставить меня.
— Это зависит от того, насколько хорошо ты будешь себя вести… — бормочу я.
Ванесса хмурится.
— Ты хочешь меня трахнуть...
— Правильно, Принцесса.
Я трахну тебя и кончу в каждую твою дырочку, понравится тебе это или нет.
— И это спасет Пейдж?
— Возможно, — протягиваю я, слабо улыбаясь, когда вижу раздражение на ее лице.
— Откуда мне знать наверняка? Если ты трахнешь меня, ты все равно сможешь причинить ей боль.
— Кажется, тебе просто придется поверить мне на слово, — отвечаю я.
— Твое слово для меня ни черта не значит, — выплевывает Принцесса."
"— Ох, Ванесса... разве я уже не доказал тебе? Если я говорю, что собираюсь что-то сделать, я, блядь, сделаю это.
Будь то убийство человека или охота за тобой.
Вот сейчас я злорадствую только от одного ее взгляда. В нем плещется смесь отвращения и возбуждения, тяжело сказать, что из них побеждает, но мне, мать вашу, плевать. Я поимею ее, хочет она этого или нет. Контроль не у нее. И никогда не был.
— Прекрасно... — бормочет Ванесса, но все равно облизывает губы. Думаю, просто не хочет признавать, что ей хочется этого так же, как и мне.
Протягиваю ей руку.
— Начнем с того, что ты отдашь мне свое платье.
Она вцепляется в него пальцами.
— Нет...
— Давай. Сюда. Платье, — повторяю я. Не знаю, почему она держится за него, как за сокровище. Шлейка на плече уже разорвана, поэтому оно бесполезно. Можно было избавиться от него уже сейчас. Не хочу, чтобы оно мешало мне, пока я буду вколачиваться в нее членом.
Медленно ее пальцы теряют хватку, и платье отлипает от ее тела, падая на пол. Затем девушка подползает и протягивает мне платье.
