— А свою?
Ванесса облизывает губы.
— Не смогла…
— Собственную мать убить невозможно.
— Нет… — вздыхает она. — Я слабая.
— Неспособность убить кого-то не делает тебя слабой, — говорю я, хватая ее за плечи. — Но ты солгала мне в глаза. Это и была слабость. Ты могла бы сказать мне, что она делает.
— Нет. Если бы я это сделала, ты бы не оставил меня в покое. Никогда бы не принял это, — отвечает Ванесса.
Что своего рода правда. Я бы никогда не бросил ее, если бы знал, что ее мать была организатором.
— Прости, — продолжает девушка.
— Это был единственный известный мне способ, чтобы спасти тебя. Чтобы не дать ей добраться до тебя... Чтобы все прекратить. — Она улыбается мне. — Пока ты верил в ситуацию, она тоже.
Ванесса пожертвовала своей жизнью — своими желаниями и мечтами — чтобы спасти мою.
Я убираю руку с ее лица, поворачиваюсь и встаю с кровати. Мне нужно выбраться оттуда сию же секунду. Нужно подышать свежим воздухом... подальше от нее и от правды.
Господи Боже. Слишком много, чтобы принять все сразу.
— Куда ты? — звучит вопрос, когда я открываю дверь."
"— Мне нужно… просто прогуляться, — говорю я, оглядываясь через плечо. — Тебе надо отдохнуть. Постарайся немного поспать.
А потом я выхожу за дверь, оставляя ее наедине со своими эмоциями.
Я не должен. Это плохая идея, но я ничего не могу с собой поделать. После всего, через что мы прошли, я не могу просто свернуть собственные планы. Моей целью было заставить ее страдать, а теперь посмотрите на меня. Я превращаюсь в чертову лужу слизи, все из-за ее версии истории.
Нашей истории. Черт побери. Хотел бы я узнать ее раньше.
В коридоре я сначала вытираю ее рвоту полотенцем, а затем пинаю сумку с телом Драго вниз по лестнице.
Может быть, пока буду хоронить его, немного подумаю о ситуации. О нас и о том, что собираюсь делать с Ванессой, теперь, когда знаю, что она сделала для меня.
Это тяжело. Чертовски тяжело. Я не могу решить, что делать. Продолжать использовать и оскорблять ее или простить и двигаться дальше.
Может, существует даже возможность.
..
Нет.
Как такое возможно после того, как мы ударяли друг друга в спину так много раз?
Для нас нет искупления. Нас ничего не оправдывает. И не сделает достойными любви. Ни меня, ни ее.
Тем не менее, я все еще не могу перестать жаждать этого. И я знаю, что она тоже.
* * *Несколько часов спустя
Поработав лопатой, чтобы вырыть яму в песке, я использовал это время, чтобы разобраться с мыслями и эмоциями, которые появились после истории девушки.
