Интересно, что происходит в его голове, когда он вот так на меня смотрит. Словно я пойманная им добыча, и теперь он решает, что со мной сделать. Я просто сижу молча в своей клетке, жду, пока он сделает следующий шаг. Сопротивляться не стану. Не стану протестовать. Я дам ему все, что он захочет… чтобы в итоге снова получить от него свободу.
Уже не уверена, что он по-прежнему планирует убить меня. Если бы это желание было столь уж реально, то он бы уже воплотил его. Скоро начну думать, что у него зародились сомнения, так что стоит удостовериться, что у меня получится их использовать против него.
Может, помогу ему вспомнить время, когда он любил меня.
Спустя некоторое время Феникс встает и направляется к клетке. Ухмылка на его лице выражает ярость, но при этом ей невозможно сопротивляться. Я обхватываю прутья пальцами и смотрю на него взглядом преданной собаки, в надежде получить поблажку.
— Прекрати хлопать своими ресницами, Ванесса. Это тебе не поможет.
Я дергаюсь, когда он опускается на колени и наконец-то снимает клейкую ленту с моего лица.
Стону, когда он срывает ее, потому что после нее остается жжение.
— Спасибо, — отвечаю я.
— Хмм, — хмурится он, вскидывая голову. — Ты никогда не была благодарной. «Спасибо» очень странно звучит из твоих уст.
Отвечаю ему улыбкой.
— Что ж, все бывает впервые.
Феникс лишь смеется и качает головой.
— Ты... ты та еще штучка, ты это знаешь?
— Все так говорят. А я не понимаю этого.
— Или просто не хочешь, — он откашливается. — Повернись.
Делаю, как он говорит.
Феникс берет мои руки и защелкивает на запястьях наручники. Затем хватает кожаный поводок и пристегивает к кольцу на моей шее. Ключом открывает замок на клетке и вытягивает меня.
— Выходи.
На руках и коленях я выползаю из своей маленькой тюрьмы, в которую он меня поместил. Это сложно, учитывая, что руки не свободны, но мне удается. Феникс тянет за поводок, вынуждая меня поднять шею так, что приходится сесть на пятки.
— Вставай, — звучит его команда.
Не разрывая с ним зрительного контакта, медленно поднимаюсь.
Поводок натягивается сильнее, и я лечу в его объятья.
— Осторожней, Принцесса, — улыбается он.
— Ты потянул, — пытаюсь устоять без помощи его рук и ища за что ухватиться.
— Хочу, чтобы ты почувствовала, что это такое — быть подконтрольной кому-то, — произносит он, притягивая меня к себе за ошейник. — И как тебе?
— Неправильно.
Левый уголок его губ дергается вверх.
— Неправильное иногда может иметь положительную сторону.
