Уголок рта мертвеца шевельнулся, словно тот хотел улыбнуться, но ничего не вышло — мышцы на его лице совершенно окоченели. Поэтому Вэнь Нин лишь произнес: «Молодой господин Вэй… Молодой господин Лань».
Вэй У Сянь поднял ногу с Вэнь Юанем, покачал в воздухе и произнес: «А вы зачем пришли? Так быстро наплакались?»
Вэнь Цин со злостью ответила: «Вот посмотришь, как я сейчас заставлю тебя заплакать!» Несмотря на дерзкий тон, голос ее все равно звучал немного в нос. Вэй У Сянь ответил: «Шутишь? И как же ты заставишь меня… Ай!!!»"
"Вэнь Цин подошла и неожиданно ударила его по спине, буквально выбив из Вэй У Сяня кровь, которая хлынула изо рта.
Не веря своим глазам, он прохрипел: «Какая ты… жестокая…»
Сказав это, он закрыл глаза и упал. Лань Ван Цзи побледнел, подхватил его на руки и воскликнул: «Вэй Ин!»
Вэнь Цин же вынула блестящие серебряные иглы и принялась кричать: «Я еще не показала всю свою жестокость, а ты уже без сознания? Поднимайся!»
Вэй У Сянь как ни в чем не бывало поднялся из объятий Лань Ван Цзи, стер кровь в уголках рта и произнес: «Вот и не показывай.
Самая жестокая вещь на свете — это женское сердце. Не хотел бы я этого увидеть».
Оказывается, своим ударом Вэнь Цин всего лишь избавила его от застоя крови, скопившегося в груди. Неужели прославленный в мире заклинателей первый лекарь Ци Шань мог нанести необдуманный удар?
Лань Ван Цзи понял, что это была очередная злая шутка Вэй Ина, и потому резко взмахнул рукавом, развернулся и пошел прочь, словно вовсе не желал интересоваться этим бесстыжим человеком.
Вэнь Нин только что пришел в себя, поэтому его реакция немного замедлилась. Увидев, что Вэй У Сянь харкает кровью, он также застыл от неожиданности, но потом вспомнил, что сам ранил Вэй У Сяня в момент, когда сознание его все еще было замутненным. Испытывая угрызения совести, Вэнь Нин проговорил: «Молодой господин, простите…»
Вэй У Сянь спокойно махнул рукой.
«Ладно, забудь. Ты думаешь, что со мной может что-то случиться лишь от одного удара?»
Черные глаза Вэнь Цин заметили выражение лица Лань Ван Цзи, она произнесла: «Хань Гуан Цзюнь, присядете?»
Вэй У Сяня внезапно осенило — ведь он совершенно забыл о том, что Лань Чжань с тех пор, как они вошли в пещеру, даже не присел. Но здесь негде было присесть.
