Филипп напрасно пытался объяснить ей, что господин очень занят, что он по–прежнему бьется над неразрешимой проблемой пожара на нефтяной скважине, она все‑таки сумела добраться до его кабинета.
Ченнинг Кепфелл вместе со своей секретаршей Вероникой были буквально привязаны к телефонным аппаратам. Когда она появилась в проеме двери, секретарша мило улыбнулась ей, что укрепило ее в решении добиться своего во что бы то ни стало. Она уселась в одно из двух кресел для посетителей, несмотря на то, что Кепфелл всем своим видом показывал занятость и, избегая встретиться взглядом с Сантаной, хватался за телефонный аппарат, как за спасательный круг.
В телефонном разговоре, насколько она могла понять по обрывочным фразам, речь шла о том, чтобы найти человека по имени Круз. В этом человеке Кепфелл видел спасение своих нефтяных скважин. Но Круз будто сквозь землю провалился. И когда уже, игнорировать присутствие молодой женщины стало неприлично, Кепфелл поднял на нее свои голубые глаза.
— Сантана, кто тебе сказал… — начал он.
Она перебила его, направляя тем самым разговор в нужное ей русло:
— Доктор Рамирес, господин Кепфелл.
Ченнинг перевел встревоженный взгляд в сторону Вероники, но умная секретарша, казалось, полностью была поглощена телефонным разговором. Умел же Кепфелл подбирать себе людей.
— Понимаешь, Сантана, — продолжал упрямиться Ченнинг. — У меня действительно очень серьезная ситуация. Может быть, завтра зайдешь?
— Я не могу откладывать, господин Кепфелл, — твердо сказала Сантана.
И Кепфелл уступил."
"— Согласен. Пойдем в салон. — И обернулся к своей замечательной секретарше: — Вероника, держите Бостон на связи. Если появится что‑то новое, сразу же дайте мне знать. Я буду в салоне.
— Да, я думаю, надо попытаться выяснить дело с Жираром из Филадельфии. У него недавно там были какие‑то проблемы. Может быть, Круз Кастилио…
Последних слов Вероники они уже не слышали, так как Кепфелл плотно закрыл дверь в салон.
— Значит, ты видела Рамиреса, — без всяких предисловий начал Ченнинг–старший.
— Совершенно верно, и он все мне рассказал.
— Ну так что?
— То, что вы украли моего ребенка,
Ченнинг–старший поморщился.
— Надо выбирать более удачные слова.
— Выбирайте. Я знаю: вы сразу же приехали за мальчиком, как только я оттуда ушла. Зачем?
— Для того, чтобы способствовать усыновлению.
— Вы уверены в этом?
— Ну в конце концов я должен же был поручить его заботам кого‑либо.
Молодая женщина медленно опустилась в кресло.
