Это слишком много. Этого недостаточно. Мои мышцы напряжены, кожа покрыта потом, и когда он обхватывает губами мой клитор и сосет, это все, что нужно.
Я кончаю. Мое тело неудержимо содрогается, когда я повторяю его имя, прижимаясь нижней частью тела к его лицу.
Я беспомощна, совершенно не контролирую себя, и он сжимает мои бедра, прижимая меня к себе, продолжая свою восхитительную атаку.
Как будто я нахожусь в полном свободном падении. У меня нет чувства контроля над своим телом. Я дрожу, втягиваю воздух большими глотками, мое сердце бьется так сильно, что, кажется, оно может выскочить из груди.
Я пытаюсь оттолкнуть его, моя кожа настолько чувствительна, что его внимание почти причиняет боль, и он делает то, о чем я молча прошу, отстраняясь от меня. Я смотрю вниз, чтобы увидеть, как Крю потирает рукой лицо, и когда он опускает ее, я вижу, что его кожа и рот блестят.
Из-за меня.
Он ловит мой взгляд, его глаза сузились, пока он изучает меня. Я все еще дрожу, мое дыхание прерывистое, сердце бешено колотится.
Я бы хотела, чтобы он что-нибудь сказал.
Что-нибудь. Просто что-нибудь.
Он передвигается и ложится рядом со мной, его рука на моем бедре, притягивает меня к себе. Я диваюсь, все еще чувствуя себя ватной, когда он прижимает меня к своему телу. Его губы у моего лба, его пальцы в моих волосах, когда он шепчет “Ты в порядке?”"
"Я киваю, прижимаясь к нему, прижимаясь щекой к его груди. Мне нужно, чтобы он обнял меня. Чтобы сказал правильные вещи.
Чтобы убедил меня, что со мной все будет в порядке.
Я не очень хорошо себя чувствую. Я чувствую, что вылезаю из своей кожи. Как будто мир все это время закрывал передо мной свои двери, и я наконец-то заглянула внутрь.
Нашла все, о чем когда-либо могла желать.
28. Крю
Я отворачиваюсь, чтобы оказаться лицом к своему комоду, мое отражение смотрит на меня в зеркале, которое висит прямо над ним. Я должен был оставить Рен наедине, чтобы она могла снова одеться, но я не могу не смотреть, как она одевается.
Вся эта кремовая гладкая кожа на виду, эти идеальные сиськи с розовыми сосками, которые, вероятно, все еще липкие от того, что я втирал в них леденец.
Не могу поверить, что я это сделал. Или что я трахнул ее леденцом на палочке.
Но ей это нравилось.
Ей это очень понравилось.
Я дал ей то, что она хотела, опустившись на нее, точно так же, как она упомянула мне о порно, которое смотрела, и о том, что это была ее любимая часть.
