Черт, почему я разговариваю с этим ублюдком вместо того, чтобы разбить ему голову и попытаться сбежать?
Потому что он слишком спокоен, даже слишком, как будто знает, что даже если я каким-то образом пройду мимо него, мне не выбраться отсюда. Что говорит мне больше, чем что-либо другое, что из этого здания будет нелегко сбежать. Что вполне логично, если это штаб-квартира Гадюк.
— Мы не такие уж разные, Рокс. Тебе стоит об этом помнить. — Кензо опускает руку. — Твоя комната все еще ремонтируется, и прежде чем ты пойдешь просить их о помощи, они у нас под колпаком, и им все равно.
Вместо этого давай просто расслабимся.
— Расслабимся? — кричу я ему вслед, когда он начинает уходить.
— Оттянемся! В конце концов, у меня сегодня выходной! — Он смеется, когда я стою там, но я не хочу быть пойманной в комнате Гарретта, если то, что он сказал, правда.
Ненавидит женщин… Почему?
Черт, да какое мне дело?
И почему я следую за Кензо? Потому что, честно говоря, что еще мне оставалось делать? Я могла бы также насладиться этим роскошным пентхаусом, прежде чем сбежать.
Я ожидала пыток или, по крайней мере, того, что один из них мог бы попытаться трахнуть меня до сих пор, но никто из них этого не сделал, и это сбивает меня с толку. Они убеждают, что я их пленница, и они могут делать со мной все, что захотят. Они смотрят на меня жестоким взглядом своих глаз, но не трогают… ну, кроме Дизеля, но он сумасшедший.
***
Должно быть, я очень устала. Кензо включил телевизор и поставил какую-то случайную телку.
Я не хотела говорить ему, что ненавижу их, даже когда свернулась калачиком так далеко от него на диване, как только могла. Мое оправдание? Мне нужно было отдохнуть, набраться сил, но это звучало как ложь, даже для меня.
Когда я просыпаюсь, я все еще нахожусь в той же позе, но на мне одеяло, и солнце опускается ниже. Кензо там, рядом со мной, ближе, чем раньше. Одна нога скрещена, ступня упирается в колено другой ноги, на коленях лежит открытый планшет, экран разделен между тем, что выглядит как камеры видеонаблюдения внутри клубов.
— Я думала, у тебя сегодня выходной? — бормочу я хриплым со сна голосом.
Кензо моргает и смотрит на меня.
— Дорогая, у Гадюк нет выходных… слишком много людей, которых надо убить, слишком много денег, которые можно заработать.
Зевая, я сажусь и потягиваюсь, вытягивая руки вверх и спину дугой. Когда я моргаю и оглядываюсь, Кензо смотрит на меня голодным взглядом.
