Раньше это не имело значения, это было бы забавой, игрой, чтобы уничтожить их, но теперь нам нужно думать о Рокси, а мы не хотим, чтобы она попала под перекрестный огонь. Мой телефон вибрирует, когда я засовываю его в передний карман джинсов; достаю его и читаю сообщение.
Кензо: «Не повезло».
Черт.
Положив его обратно, я тыкаю в каждого из парней пальцем.
— Эй вы, давайте выдвигаться. Мы проверим все дома, пока не найдем кого-нибудь, а когда найдем, то убьем его на хрен.
Они кивают, и мы спешим на поиски следующего убежища.
~
ПЯТЬ КОНСПИРАТИВНЫХ КВАРТИР СПУСТЯ, и я в бешенстве. Три были раскрыты, но нет никаких следов того, кто это сделал, или того, кто слил им инфу, потому что мы все знаем, что это Триада. Хренова вендетта. Может быть, они надеялись, что найдут кого-то в одном из убежищ, я не уверен. В любом случае я хочу разбить кому-нибудь морду.
Мне приходится сдерживать это желание, мое тело вибрирует от напряжения и гнева ― чувства, которое я испытываю, когда готовлюсь к драке.
Дыша через раз, я пытаюсь подавить гнев как можно дольше. Вдруг звонит телефон, и я, не глядя, отвечаю.
— Что? — рычу я в трубку, пока мы направляемся к следующему убежищу.
— Какая чертова грубость! Я собиралась хоть раз быть вежливой, но… — она смеется.
Это Рокси. Я мгновенно расслабляюсь при звуке ее голоса, улыбка появляется на моих губах.
— Ты в порядке, детка? — интересуюсь я, теперь мой голос смягчается.
Наблюдаю, как двое мужчин спереди сдвигаются, поэтому я смотрю на их спины, и они горбятся.
— Да, ты, здоровяк? Я забеспокоилась, когда ни от кого из вас не было вестей, — фыркает она.
— Тебе скучно, да? — хихикаю я.
— Свихнуться можно.
Она издает резкий стон, заставляя меня смеяться сильнее.
— Ты еще не попала в какую-нибудь передрягу? — спрашиваю я, глядя в окно. Все мое напряжение словно улетучивается на мгновение, когда я представляю, как ее охранники бегут за ней с бледными лицами, пытаясь не отстать, какие бы неприятности она ни затеяла.
— Пока нет, но сейчас только… девять утра, — смеется Рокси, звук направляется прямо к моему члену, и он разом твердеет. — Хотя я заказала нам несколько новых цепей, чтобы поиграть с ними.
Ее голос становится низким и знойным.
Чтоб меня.
Я же издаю стон, закрывая глаза на минуту.
— Детка, я в машине с тремя другими парнями, ты не можешь говорить такие вещи.
— Почему? Тебе бы хотелось и их посадить на цепь? — дразнит она.
— Веди себя прилично, — рычу я.
